Партийно-джамаатская демократия

Любопытные результаты дало исследование, проведенное некоторое время назад в Дагестане Группой мониторинга молодежной среды. Мониторинг показал, что 42% респондентов, так или иначе, связывают свое будущее с религией. Однако, как пишут авторы исследования, они в отличие от боевиков вовсе не хотят создания некоего «Кавказского халифата».

Их больше интересует применение мусульманских правовых норм внутри существующих республиканских границ. Авторы исследования пришли к выводу, что современную верующую молодежь в республике устроила бы такая модель политического устройства, как в развитых мусульманских государствах Залива – Катаре, Бахрейне, Кувейте, Арабских Эмиратах.

Немонархический регион

Причем из всех вышеперечисленных выше стран нами сразу же должны быть отметены страны с абсолютной монархической формой правления. К примеру, даже такие успешные, как Катар. Несомненно, Катар за последнее десятилетие выбился в информационные и интеллектуальные лидеры региона, а также на волне арабских революций стремительно наращивает свой вес в мировом масштабе.

Однако существующая там политическая модель с абсолютным монархом во главе государства и декоративным консультативным советом вместо парламента на Северном Кавказе не приживется ни в какой форме. Во-первых, все северокавказские республики входят в состав России, что уже исключает возможность установления здесь альтернативных политических моделей.

Во-вторых, даже если дать волю фантазии, очевидно, что на Северном Кавказе для установления региональной монархической модели правления не было ни исторических, ни культурных, ни социально-политических предпосылок. Изрядное количество войн в регионе, как в прошлом, так и в наше время начиналось именно из-за чьего-то желания установить над народами региона единоличное авторитарное правление.

На Кавказе жизненно необходим институт согласования различных интересов, но при сохранении сильной власти. Такую схему организации власти можно реализовать только в государстве с развитой парламентской культурой и развитой системой политических партий и общественно-политических движений.

Моральное государство

Из всего списка приведенных авторами исследования стран развитой и наиболее интересной для республик Северного Кавказа парламентской структурой обладает только Кувейт. Специфическая модель мусульманской парламентской демократии, которая сложилась в Кувейте, в западной и турецкой политологии получила название «консервативная демократия».

Кувейт – государство мусульманское, но его сложно назвать чисто исламским. Поскольку здесь административно религия не навязывается. Но здоровый моральный климат поддерживается и стимулируется.

В стране существует специальная Комиссия по постепенному внедрению норм шариата в правовую систему. Там считают, что наследие XIX – XX веков, когда Кувейт был под колониальным и полуколониальным контролем, не позволяет «здесь и сейчас» вернуть шариатское право в полном объеме, не считаясь ни с чем. Это сложный эволюционный процесс, где спешка не уместна.

Для кавказских «лесных» и политизированных салафитов такой подход удивителен. Состояние общества, куда более далекого от Ислама, чем кувейтское, ими в расчет не принимается.

Плюрализм и прагматизм

В центре кувейтской политической системы монарх, власть которого ограничена парламентом и конституцией. Хотя деятельность партий официально в стране запрещена, их роль фактически исполняют общественно-политические движения самого разного толка – салафиты, братья-мусульмане, шииты, либералы и даже коммунисты.

Все они – и исламисты и не исламисты – признают сложившийся исторически консенсус относительно внутреннего национального и религиозного характера, политической системы и институтов государства. Те же кувейтские «либералийюн» весьма отличаются от западных либералов. Глава Министерства вакуфов и исламских дел страны Адель аль-Фалях замечает: «Наши либералы ходят на утренний намаз»

Про движения религиозно-политического толка (салафиты, суфии, братья-мусульмане, сюда же можно отнести шиитов), при всех их разногласиях, трудно вообразить, что они будут, как в некоторых регионах, выяснять тонкие вопросы богословия на уровне автоматов или даже кулаков. Исламские силы в Кувейте заняты в основном конкретными делами своих общин и государства в целом, а тонкости шариатского права и вероучения остаются в пределах полемики улемов.

По словам многолетнего главы нескольких кувейтских министерств Джамаля Шихаба, сегодня мусульманам нужны не выяснения частностей и внутренние разборки, а эффективные решения реальных проблем. Он называет это консолидацией на базе «тариката аль-фикрия» (школа интеллектуального анализа, рациональный прагматичный подход).

Кстати, широко известная концепция исламской умеренности, центризма, сбалансированности «Аль-Васатыйя», которую сформулировал и продвигает заместитель министра по делам вакфов Адель аль-Фалях, совершенно не случайно появилась именно в Кувейте. Она органично проросла на местной почве, став своего рода визитной карточкой страны в мире, тем, чем стала «Аль-Джазира» для Катара.

Представить сложно

Если вернуться на Северный Кавказ, то мне, к примеру, сложно себе представить, как, скажем, в дагестанском, ингушском или карачево-черкесском Народном собрании заседают и салафиты, и братья-мусульмане, и суфии… А также не только несколько представителей шиитского меньшинства, но и либералы, левые и националисты, женщины в платках и без…

И чтобы при таком невероятном сегодня плюрализме религиозных, национальных и политических сил их дискуссии не перерастали бы в бесконечное противоборство друг с другом. Но чтобы в целом являлись фундаментальной основой стабильного развития и поиска наиболее оптимальных и сбалансированных решений, которые устраивают всех. Ну, или почти всех…

Признаться, эта картина сегодня невозможная ни в Чечне, ни в Ингушетии, ни в Дагестане, ни в ином регионе Кавказа. И дело тут, конечно, не в том, что в России запрещены партии по религиозному и региональному принципу. Если бы только это…

При всей условности проведенных нами сравнений, я думаю, опыт кувейтского общенационального межобщинного диалога и реализации интересов различных социальных и политических групп может быть востребован на Северном Кавказе.

Да, Кувейт – богатое государство, никогда не знавшее того, что происходило и происходит у нас. Но и там тоже не всегда нефтедоллары были в изобилии, страна прошла через оккупацию, межплеменные распри и многое другое.

А главное – многое из разделяющего мусульман, делающего их врагами друг другу, очень схоже, что в Кувейте, что на Кавказе. Эти «проклятые вопросы» будоражат весь исламский мир. Только решают их, или не решают, везде по-разному. Вот и думаешь, что нужнее на Кавказе сегодня – большие деньги или большие идеи?



1 комментариев


  1. (27.01.2012 14:57) #
    1

    Согласен в целом с выводоми автора. А то некоторые деятели у нас считают, что кавказцы должны вечно воевать за всякие утопии "всемирного халифата", "мировой революции", "за справедливость против угнетения" - короче "за все хорошее, против всего плохого". Пусть они сами воюют за свою демогогию и не пудрят никому мозги.