Теракты в Москве: поиски причин и версий

Трагические события 29 марта 2010 года в Москве получают все новые интерпретации. К сожалению, происходят они на фоне новых взрывов. Два инцидента в Дагестане пополнили мартиролог жертв «мятежевойны» еще двенадцатью фамилиями. В этой статье мы остановимся на некоторых наиболее значимых трактовках того, что случилось в российской столице, и кто несет за это ответственность… В последний день марта прозвучала противоречивая информация относительно «авторства» террористической атаки в московском метро. Грузинский русскоязычный «Первый кавказский» канал распространил аудиозапись, на которой мужской голос произносил следующие слова: «Чеченцы на это не способны. Все это преподнесено так, будто никто не виноват из российских спецслужб, а на самом деле они причастны. Во взрывах в Москве виновато ФСБ».

Достоверно не было известно, что этот голос принадлежал лидеру так называемого «Эмирата Кавказ», но сама тональность такого обращения заставляла усомниться в том, что он принадлежит Доку Умарову. Во-первых, еще в 2007 году Умаров, на тот момент бывший президентом так называемой «Чеченской Республики Ичкерия» ликвидировал эту непризнанную республику, превратив ее в один из вилайетов нового образования «Эмират Кавказ». Впоследствии этот бывший чеченский полевой командир не раз выступал против разделения народов региона по этническому принципу. Своим кредо он сделал борьбу за «чистый ислам», в котором не важно чеченец ты или нет. В одном из своих обращений Умаров «объявил вне закона… названия, которыми неверные разделяют мусульман… этнические, территориально-колониальные зоны под названием “Северокавказские республики”».

В этом плане аудиозапись, предоставленная «Первым кавказским» выглядела как привет из 1990-х гг. Так могли бы оценить теракт сторонники Джохара Дудаева или Аслана Масхадова, то есть светские националисты. Для радикальных исламистов этничность не принципиальна. «Эмир» виртуального «Кавказского эмирата» не стал бы выпячивать чеченский «пятый пункт». Среди нового поколения террористов (или «моджахедов будущего», как определяет тип «интеллектуального террориста» пресловутая «Аль-Каида») помимо чеченцев представлены и другие этнические сообщества (Анзор Астемиров был этническим кабардинцем, а Саид Бурятский был русским по матери и бурятом по отцу).

Впрочем, сомнения, возникшие после материала «Первого кавказского», развеял сам Умаров. В своем обращении, записанном на видео, он подтвердил свою причастность к атакам 29 марта 2010 года в московской подземке. «Эта атака является ответным ударом и акцией возмездия за резню, устроенную русскими оккупантами, самых бедных жителей Чечни и Ингушетии (заметим, не чеченцев и ингушей, а жителей республик - прим. автора), которые собирали черемшу под Арштами 11 февраля 2010 года, чтобы прокормить свои семьи» - констатировал Умаров. Он также пообещал, что граждане России не смогут «спокойно наблюдать за войной на Кавказе в своих телевизорах, спокойно наблюдая и не реагируя на бесчинства и преступления своих банд, которые под предводительством Путина направляются на Кавказ». Отсюда вывод: «Поэтому война придет на ваши улицы, и вы ее ощутите на собственных жизнях и собственных шкурах».

Собственно говоря, Умаров не сделал открытий. Еще в феврале 2010 года он грозил переносом террористическо-диверсионной войны в центральные регионы России. Тогда он заявлял: «Война идет не только по телевизору далеко на Северном Кавказе. Границы боевых действий будут расширены с волей Аллаха на всю территорию России, и в этом году нас ждут великие успехи». Ради объективности заметим, что, заступая на «пост эмира» в 2007 году, Умаров первоначально высказывался против ударов по гражданским объектам, полагая, что целями его соратников должны быть военные и полицейские цели. Однако вскоре он изменил свои взгляды, посчитав, что готовность населения России поддерживать жесткие действия своего правительства в регионе дает ему право на терроризм антиобщественный, нацеленный не на чиновников, а на рядовых граждан.

Таким образом, на первый взгляд, вопрос об «авторстве» двух страшных террористических атак в Москве получил свое разрешение. Пресловутый кавказский эмир сам развеял все возможные сомнения. Однако есть некоторые нюансы, на которые хотелось бы обратить внимание.

«Эмират Кавказ» - это структура в значительной степени виртуальная. Не в том смысле, что ее активисты и сторонники не совершают терактов и диверсий, а в том, что она не представляет собой единой централизованной структуры. Это - не Боевая организация и не ЦК эсеровской партии. Это - сеть, в которой даже горизонтальные связи не являются жесткими. Это сообщество объединено общими идеологическими установками и жизненным опытом определенного типа. Однако тактика отдачи приказа отличается от армейской строго иерархичной структуры. Следовательно, возможны многие случаи, когда отдельные ячейки террористической сети производят действия автономно без приказов своего «эмира». Да и само устранение «главного эмира» или «эмиров» меньшего калибра не является для всей сети невосполнимой катастрофой (что показали и события последних лет). Однако «эмир» в виртуальном пространстве берет ответственность на себя, производя впечатление мощного подпольного государства, граждане которого «скованы одной цепью, связаны одной целью». В реальности же у этой борьбы нет единого фронта. Группировки боевиков разрознены и немногочисленны, что делает борьбу с ними более сложной, нежели с инфраструктурой де-факто государства или централизованной системой (на которую легче воздействовать извне, и которую можно намного эффективнее разлагать).

«Мы неотъемлемая часть исламской уммы. Меня огорчает позиция тех мусульман, которые объявляют врагами только тех кафиров, которые на них напали непосредственно. При этом ищут поддержки и сочувствия у других кафиров, забывая, что все неверные — это одна нация. Сегодня в Афганистане, Ираке, Сомали, Палестине сражаются наши братья. Все, кто напал на мусульман, где бы они ни находились, — наши враги, общие», – такое видение своей роли в глобальном джихаде дал Умаров. Но означает ли это, что его «Эмират» принимает участие в действиях против США и их союзников в Афганистане, Ираке? Пока прямых свидетельств в пользу этого нет, равно как и доказательств того, что мировая исламистская мысль активно вовлечена в кавказские дела. Кавказская тема, конечно, возникала и в период господства талибов в Афганистане, и во многих арабских странах. Однако ни в 1990-е гг., ни сейчас она не была центральным пунктом повестки дня исламских радикалов. Кавказ (к счастью для всех нас, естественно) пока не играет и близко роли, сопоставимой с Йеменом, Палестиной, Афганистаном или Ираком. Однако помимо реальности есть конструируемые виртуальные образы, влияние которых на умы и сердца легковерных людей невозможно недооценивать. Таким образом, здесь также следует поискать резервы в плане дискредитации образа кавказских защитников «глобального ислама».

Что же касается «противоречивости» заявлений Умарова (а эта тема возникла в связи с аудиозаписью «Первого кавказского» канала), то надо понимать, что стратегия террористов строится не на основе формальной логики (даже если мы допустим, что упомянутый мужской голос принадлежит Умарову). Главная цель террористов - сеять страх, а страх умножается от непонимания. Не видя врага, трудно рассчитывать на победу над ним. «Бой с тенью»- хорошая метафора только для кино, ориентированного на массового потребителя. В современной «мятежевойне» адекватное представление о противнике значит больше, чем в обычных конвенциональных противостояниях государств.

В этой связи хотелось бы от интерпретаций экстремистов перейти к попыткам идентификации терактов, сделанными представителями российской власти. 31 марта 2010 года в интервью газете «Коммерсант» секретарь Совета безопасности России Николай Патрушев высказался по поводу возможной причастности грузинских спецслужб к террористическим акциям исламистов: «Все версии нужно проверить. К примеру, есть Грузия и лидер этого государства, Саакашвили, поведение которого непредсказуемо. К сожалению, ряд стран оказывают ему помощь, в том числе военную. Мы говорим, что это недопустимо. Он один раз уже развязал войну. Не исключено, что развяжет вновь. У нас была информация о том, что отдельные сотрудники грузинских спецслужб поддерживают контакты с террористическими организациями на российском Северном Кавказе. Мы должны проверить и эту версию тоже, применительно к терактам в Москве». Версия о причастности Грузии к террористической деятельности северокавказских боевиков озвучивается не в первый раз. 13 октября 2009 года на заседании Национального антитеррористического комитета эта идея уже была введена в оборот директором российского ФСБ Александром Бортниковым. Тода грузинские спецслужбы были обвинены в кооперации с «Аль-Каидой» и в совместных перебросках боевиков на Северный Кавказ.

Наверное, в словах Николая Патрушева есть определенный резон. Все версии должны быть проверены. Однако государственный чиновник тем и отличается от эксперта, что его задачей является не выдвижение экзотических версий, а предоставление железных фактов и аргументов. Есть доказательства причастности Тбилиси к терактам в Москве? Проведите пресс-конференцию, пригласите ведущие мировые информационные агентства и телеканалы, продемонстрируйте видеозаписи или фото, аудиоматериалы. Если же вместо всего этого высказываются догадки и подозрения, то население вместо понимания начинает еще сильнее запутываться. Следовательно, страх перед террористами не снижается, а наоборот, растет. Спрашивается, а причем здесь непредсказуемость Саакашвили? И для кого он непредсказуем? Еще в 2004 году он открыто заявлял, что будет стремиться вернуть Абхазию и Южную Осетию под контроль Тбилиси в течение своей первой легислатуры. Тогда же он четко обозначил своей целью выйти из Дагомысских соглашений 1992 года, если они мешают поставить в Цхинвали грузинский флаг. В 2004 году он уже пытался силой взять Южную Осетию, а в 2006 году провоцировал дестабилизацию в Абхазии. Значит, и события 2008 года не были неожиданными. Что же касается «ряда стран», помогающих Грузии, так они сами являются объектами ненависти кавказских исламистов. Вот что говорит о США и Европе Доку Умаров: «Наш враг - не только Русня, но и Америка, Англия, Израиль, все, кто ведут войну против Ислама и мусульман». С каких же пор Вашингтон перешел на позиции внешнеполитического мазохизма и стал поддерживать своих открытых врагов ради того, чтобы насолить России? Саакашвили имеет много прегрешений. И не только перед РФ. Но зачем поклоннику США поддерживать исламистов, которые, к тому же имеют свои виды на Панкиси и Квемо Картли, непонятно. Вряд ли грузинский лидер мечтает о появлении на своей территории мини-Афганистана, Абхазии с Южной Осетией ему вполне хватает. Грузия готова к поиску ахиллесовых пят России на Северном Кавказе. Но обратим внимание на то, что Тбилиси ищет друзей не среди исламистов, а среди светских националистов (раздувая, например, «черкесский вопрос»).

Понимают ли российские лидеры разницу между этими двумя дискурсами (а также видят ли в конкуренции между ними ресурс для себя)? Риторический вопрос. До сих пор всех противников и врагов власти они именовали «бандитами», принижая тем самым ту борьбу, которую вели на Северном Кавказе с начала 1990-х гг. Так может быть до полной и окончательной проверки всех версий, не стоило бы разжигать ненужные страсти и страхи, рассматривая в одном флаконе исламистов, Грузию, США. Хорошо хоть не Израиль! И вообще неизбывное стремление непременно увидеть в терроризме «иностранный след» отвлекает общество от жесткого, но честного и откровенного анализа собственных просчетов и ошибок. Между тем, без их исправления минимизация террористической угрозы станет проблематичной. Точнее сказать, она превратится в перманентный «бой с тенью».



0 комментариев