«Братья-мусульмане»: Прошедший год и перспективы на будущее

В декабре 2010 года газета Independent проводила ежегодный опрос среди различных авторитетных политологов, в том числе экспертов по Египту, чтобы узнать их прогнозы на 2011 год. Тогда многие предсказывали, что режим Хосни Мубарака скоро начнет наступление на крупнейшее оппозиционное движение страны – «Братьев-мусульман» - и будет туже закручивать гайки во внутренней политике, готовясь к президентским выборам, которые должны были пройти в 2011 году. Эксперты подозревали, что президент готовит себе в преемники Мубарака-младшего, несмотря на растущую оппозицию принципу наследования власти.

Эти предположения звучали через несколько недель после парламентских выборов, результаты которых были сфальсифицированы, и «Братья-мусульмане» остались с пустыми руками. Подтасовка была произведена для того, чтобы происламские силы не смогли повторить или улучшить результат предыдущих выборов в 2005 году, когда они получили 88 из 444 парламентских мандатов.

В декабре 2010 года даже самые опытные эксперты не могли себе представить, что всего через несколько недель начнется восстание, которое завершится свержением Мубарака и подъемом происламских сил, в том числе, «Братьев-мусульман», которые впервые за свою 83-летнюю историю станут главным из гражданских персонажей политической сцены.

Поскольку 2011 год уже закончился, вряд ли будет ошибкой утверждать, что «Братья-мусульмане» составят крупнейший блок в первом египетском парламенте после эпохи Мубарака. До сих пор они обеспечили себе почти 40% голосов в первом и втором турах голосования, в третьем туре, который пройдет 3 января, ожидаются похожие результаты.

Несмотря на факты нарушений, допущенных во время предвыборной кампании, большинство аналитиков уверено, что ожидаемый триумф «Братьев-мусульман» вполне заслужен. Движение десятилетиями тратило силы и средства на то, чтобы обеспечить себе поддержку широких слоев населения, быть постоянным участником общественно-политического дискурса, в котором выступало как относительно умеренное происламское политическое объединение, пользующееся симпатиями крупных сегментов консервативного египетского общества.

Однако победа ставит перед «Братьями-мусульманами» целый ряд задач, подвергая их проверке на фоне политического кризиса небывалого размаха. И достаточно скоро крупнейшему парламентскому блоку придется управляться с тремя непреклонными политическими силами – ультраконсерваторами, революционерами и генералами.

Салафиты: пойдут ли «Братья-мусульмане» у них на поводу?

Второй результат в двух предыдущих раундах голосования показала консервативная салафитская партия «Нур», получив около 25% в первом туре и 30% - во втором.

Неожиданный взлет ультраортодоксальных происламских сил не может не повлиять на политику «Братьев-мусульман». Пессимисты утверждают, что салафиты будут тянуть «Братьев» в правый край политического спектра и не надеются, что вторым удастся сбалансировать идеологию салафитов своим умеренным политическим курсом.

Другие возражают, что «Братья-мусульмане» отмежуются от салафитов, будут по-прежнему репрезентировать себя как партия, которая движется в центральном русле политики, придерживается умеренных интерпретаций ислама и ищет общий язык с либералами. Эти эксперты убеждены, что депутаты от «Братьев-мусульман» не позволят салафитам втянуть их в разработку законодательных актов, которые обяжут носить хиджаб, запретят спиртные напитки, коренным образом реформируют банковскую систему или ужесточат требования к поведению туристов.

«Братья-мусульмане» и революционный блок: продолжится ли отдаление?

Пока молодые революционеры устраивают демонстрации, чтобы добиться от правящего военного совета тех или иных демократических реформ, «Братья-мусульмане» выбрали другой путь. Организация пробует переключить внимание с уличной политики на парламентскую деятельность. «Выборы – это решение» - такой лозунг появился в заголовках газеты движения в конце ноября, когда Высший совет вооруженных сил пытался подавить протесты в центре Каира и прекратить неделю демонстраций и митингов.

Движение целиком и полностью отказалось поддержать акции, организованные активистами в ответ на жестокость полиции. Тогда наблюдатели указывали, что «Братство» пытается избежать конфронтации с военными, которая могла бы дать генералам повод для ужесточения мер в отношении движения, как это произошло в 1954 году.

Организация старалась держаться в стороне и во время столкновений на улице Каср-аль-Айни в середине декабря, которые даже международное сообщество поразили жестокостью и развязностью солдат, обстреливавших толпы демонстрантов и избивавших женщин и стариков.

Движение выбрало аналогичную позицию и в отношении военных правителей, заявляя, что некая третья сторона пытается сорвать выборы и посеять в стране хаос. Через свою газету «Братья-мусульмане» начали кампанию против «революционеров-социалистов» и других групп активистов, обвиняя их в «анархии» и попытках разрушить государство. В ответ революционеры на своих платформах в социальных сетях обрушились на «Братьев» с обвинениями в политическом оппортунизме, измене идеалам революции и предательстве погибших героев ради власти.

Не за горами то время, когда революционеры начнут давить на происламских парламентариев, и это помимо того, что последним придется отчитываться перед избирателями, ожидающими прихода стабильности и улучшения уровня жизни.

Если «Братьям-мусульманам» не удастся справиться с драконовским аппаратом безопасности, покончить с глубоко укоренившейся практикой нарушений прав человека, обеспечить справедливый и скорый суд над бывшими должностными лицами и удовлетворить требования семей погибших во время восстания, может случиться, что революционерам опять представится случай показать, что они умеют вызывать потрясения в обществе.

«Братья» и армия: неизбежное столкновение?

После отставки Мубарака отношения между правящим военным советом и «Братьями-мусульманами» представляли собой череду приливов и отливов. Например, в какой-то период некоторые наблюдатели утверждали, что стороны заключили секретное соглашение, по условиям которого с приходом гражданского руководства военным остаются их привилегии, а в обмен они позволяют создание происламского парламента и кабинета. Как признак существования такого альянса рассматривалось назначение Тарика аль-Бешри (Tarek al-Beshri), юриста, известного симпатией к политическому исламу, и Собхи Салеха (Sobhi Saleh), адвоката из рядов «Братьев-мусульман», в комиссию по внесению поправок в старую конституцию и выработке программы на переходный период.

«Братья-мусульмане» были первыми, кому выгодна схема, согласно которой сначала происходят парламентские выборы, а затем новый парламент назначает конституционную ассамблею, которая займется разработкой конституции. Либералов же не устраивал такой план, они утверждали, что досрочные выборы гарантируют полную победу происламских сил, и, стало быть, их главный голос при написании конституции.

Через несколько месяцев, в июле, военные попытались обойти этот план, когда десятки тысяч сторонников происламских сил собрались на площади Тахрир, призывая к созданию исламского государства. Чтобы рассеять опасения светского населения и коптов, военные предложили пакет «надконституционных документов», которые препятствуют любым попыткам создания теократии в стране, но, в то же время, обеспечивают вооруженные силы полной независимостью от избираемых гражданских органов управления при решении политических и бюджетных вопросов.

Этот документ спровоцировал не только общественный резонанс, но и первую коллизию между генералами и происламскими силами. 18 ноября «Братья-мусульмане» призвали устроить протесты с требованиями отозвать документ. Указ осудили и самые либеральные силы, заявляя, что он закрепит военное правление в стране.

Позднее документ был отозван, но военный совет еще не сдался. Он создал так называемый «Консультативный совет». «Братья» бойкотировали его, подозревая, что генералы учредили совет для вмешательства в процесс написания новой конституции. Они заявили, что военные обязаны уважать волю избранного парламента, который, в соответствии с разработанным планом, обладает исключительным правом назначать членов конституционной ассамблеи.

Неизбежен ли конфликт происламских сил и генералов?

«Я не верю в то, что столкновение неизбежно. Я считаю, что они достигнут компромисса», - говорит эксперт по политическому исламу из университета Дархэма Халил аль-Анани (Khalil al-Anani). «Братья-мусульмане» уже добились успехов. Движение не пожертвует своими достижениями ради конфронтации [с военными]».

Нынешняя напряженность не говорит о коллизии, это просто попытки «Братьев-мусульман» укрепить свои позиции, прежде чем они с военной элитой начнут обсуждать принципы нового политического порядка, считает он.

Эксперт уверен, что «Братья-мусульмане» не одобрят пункты конституции, предоставляющие военным привилегии над избираемыми органами власти. В противном случае движение может утратить доверие избирателей и заслужить обвинения в открытой измене революции.

Тем не менее, обе стороны могут достигнуть молчаливого согласия, и социально-экономические привилегии вооруженных сил останутся в неприкосновенности. Анани уверен, что даже политические партии, далекие от происламских позиций, не будут возражать против такого хода вещей.



0 комментариев