«Нальчик для битья»

Силовики в КБР пытаются устрашить мать узника Кудаева и отказываются доставить в суд бывшего главу МВД Шогенова

Рано утром в пятницу, 20 января, в дом одной из самых известных жительниц Кабардино-Балкарии Фатимы Текаевой ворвались 25 человек в масках. В отличие от большинства подобных случаев, в этот раз они ничего не нашли. Судя по всему, они ничего и не искали. Ушли они со словами, что если бы хотели подбросить что-то, то подбросили бы, когда все спали.

Чтобы понять мотивы силовиков, достаточно сказать, что Фатима Текаева – мать Расула Кудаева, который проходит подсудимым по делу 58-ми обвиняемых в организации нальчикского вооруженного мятежа в октябре 2005 года. Ни она, ни ее сын Расул не согласились с тем, как велись следствие и суд.

Они полагают, что в ходе и следствия и суда на обвиняемых оказывалось давление. Причем давление противоправное и антиконституционное, к которому вполне применимо понятие «пыточное». Семь лет она стоит на этом. Фатима ездила в Лондон на конференции международных правозащитных организаций Amnesty International и Reprive.

Там она выступала с докладом о давлении на мусульман в Кабардино-Балкарии. Она добилась того, что дело ее сына рассматривает Европейский суд по правам человека в Страсбурге, который уже признал незаконность ареста и применение противоправных действий в отношении ее сына.

Режим ежедневных обысков

На этой неделе суд в Нальчике приступил к рассмотрению последнего эпизода «дела 58-ми» — «нападение на пост ДПС в Хасанье 13 октября 2005 года». Именно в этом эпизоде фигурирует сын Фатимы Расул Кудаев – инвалид с целым букетом хронических заболеваний.

Трое первых свидетелей, допрошенных судом накануне налета отряда в масках на дом Фатимы, отказались признать Расула Кудаева и других семерых обвиняемых в нападении на ДПС. Также они отказались от гражданского иска к подсудимым.

«Обыск, возможно, связан с тем, что после Нового года началось представление доказательств государственного обвинения по эпизоду о нападении на поселок Хасанья, по которому проходит Расул. Совсем недавно в дело вступили новые адвокаты Расула Кудаева, приезжающие на заседания из Ингушетии. Они намерены занять активную позицию в ходе представлений доказательств защиты и в прениях.

Сама Фатима Текаева считает, что обыск в ее доме проведен с целью давления на подсудимых и их родственников: силовики осмотр проводили поверхностно, ничего не обнаружили и не изъяли»,- говорит Екатерина Сокирянская, директор проекта по Северному Кавказу Международной кризисной группы и член правления общества «Мемориал».

Многие мои собеседники из республики согласны с тем, что налет неназванных силовиков так или иначе связан с рассмотрением эпизода Кудаева. Не сомневается в этом и сама Фатима. А вот глава Правозащитного центра КБР Валерий Хатажуков наличия такой прямой связи не видит.

При этом он отмечает: «Подобные обыски в республике проводятся периодически, особенно в Хасанье». Здесь, по его словам, они приобрели характер почти ежедневных. По его данным, у силовиков, проводивших обыск в доме Расула Кудаева, был ордер, и вели они себя в рамках закона.

Второй сын Фатимы Анзор, живущий в том же доме с женой и дочерью, видел ордер в руках одного из людей в масках. Ордер был подписан судьей города Нальчика. Фамилию его Анзор не запомнил. Ордер был выдан на осмотр жилища.

На вопрос Фатимы Текаевой, на какой предмет нужен осмотр, ей ответили, что «там все написано». Однако в ордере ничего по этому поводу написано не было. Хатажуков считает, что если бы у правоохранителей не было ордера, тогда можно было бы говорить о провокации.

Президент адвокатской палаты КБР и член комиссии по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Хабас Евгажуков не согласен, что обыск был целенаправленной акцией, проведенной с целью надавить на семью или добыть какие-то доказательства против Расула. Юрист подчеркнул: «Для этого нет никаких обоснований. Человек не живет там уже более 6 лет».

Действительно, Расул Кудаев уже седьмой год «не живет дома», так как содержится в СИЗО. По закону находиться в следственном изоляторе столько времени нельзя. Однако Расулу все продлевают и продлевают нахождение под стражей. Одно безусловно: если следствие и суд за семь лет не добыли против него каких-либо доказательств, то было бы странно снова искать их в доме, где столько раз проводились обыски.

Искусство подброса

«В восемь утра, когда я встала на намаз, ворвались во двор 25 человек в масках. Сын Анзор попросил их дать мне одеться. Они стучали в дверь, но дождались, пока я оденусь. Кроме двух кабардинцев, все остальные были федералами – это было ясно по разговору. В дом зашли четверо – двое в гражданской одежде, двое в камуфляже, но все – в масках», — рассказывает Фатима.

С ее слов, они осматривали входы-выходы, соседей не пустили даже в проулок, кроме двоих понятых. «Я понятым сказала по-русски, чтобы они смотрели за ними в оба, — продолжает она. — Тем, что стояли во дворе, я сказала, чтобы они были у меня на виду. И один из них мне заявил, что если бы они хотели что-то подкинуть, то подкинули бы, когда мы спали».

В 2008 году такой отряд в масках подбросил к ней в дом пачку патронов. Но сделано это было так неумело, что использовать это обстоятельство против Фатимы Текаевой силовые структуры не решились. С тех пор участковый, люди в масках, люди в гражданском наведываются к ней время от времени. Летом они не решились войти в дом.

«Никаких постановлений, повесток и документов нам не предъявляют. В этот раз показали сыну какую-то бумажку и спрятали. Они не представляются. Я спросила, с чем связан их визит. Получила ответ, что в связи с плохой обстановкой в республике», — говорит Фатима.

Подобные налеты групп вооруженных людей в масках на дом Кудаева происходили уже не раз. Из дома забирали жесткий диск компьютера, исчезли документы Расула, его фотографии, выписки из медицинских обследований и освидетельствований, обращения адвокатов с показаниями о пытках и состоянии их подзащитного, собственные книги Фатимы и даже тома следственного дела и обвинения.

Беспрецедентное дело

Екатерина Сокирянская также свидетельствует, что обыски в доме Фатимы Текаевой проводятся не впервые. Она видит причину в том, что Фатима Текаева и Расул Кудаев занимают активную гражданскую позицию: «Мать Расула Кудаева – один из главных активистов из числа родственников подсудимых по делу о нападении на Нальчик, кто организовывает информационное сопровождение процессу, инициирует обращения в правозащитные организации, суды, прокуратуру в связи с многочисленными нарушениями в ходе предварительного и судебного следствия».

«Сам Расул Кудаев тоже последовательно отстаивает свою позицию, — утверждает Сокирянская. — Он является заявителем в Европейский суд по правам человека. Именно от его имени была подана жалоба в Конституционный суд России в связи с поправками к закону о суде присяжных».

В тот же день подобный налет силовиков произошел и на дом Малкаровых в Хасанье. Дома был только отец-инвалид. Его сын Ахмадия Малкаров находится в розыске. Пожилому человеку стало плохо, он потерял сознание. Так что налетчикам в камуфляже пришлось самим вызывать «Скорую».

Следствие и суд по «Делу 58-ми» длятся седьмой год. Все это время 58 человек, обвиненных в участии в нападении на силовые ведомства в КБР, находятся в СИЗО. Двое из них уже умерли. В СИЗО подсудимых, как утверждается в их многочисленных заявлениях, избивают, лишают свиданий, сокращают продуктовые передачи, запрещают молитву, отбирают молитвенные коврики.

Из-за этого процесса отменили даже суд присяжных при рассмотрении дел о терроризме. Хотя события 13 октября 2005 года подпадают не под статью о терроризме. Они являются, скорее, мятежом. По словам адвокатов, из 58 подсудимых лишь относительно четверых доказано, что они держали оружие в руках, и то они были участниками этого мятежа.

Свидетель Шогенов

Суд отказывается не только принимать к рассмотрению доказательства пыток и давления на подсудимых и их семьи. Он ни разу не удовлетворил требование подсудимых вызвать в суд руководителей республиканского Министерства внутренних дел, Прокуратуры и бывшего 6-го отдела МВД КБР. Именно эти люди, по мнению подсудимых, своими многолетними притеснениями верующих и их семей сознательно спровоцировали в республике вооруженный мятеж.

«По поводу бывшего министра внутренних дел КБР Хачима Шогенова очень много свидетельств, что МВД республики под его руководством совершило много ошибок, вело себя неадекватно. Шогенова следует допросить в качестве свидетеля», — говорит глава правозащитного центра КБР Валерий Хатажуков. Правозащитник не считает, что Шогенова не вызывают в суд потому, что «силовики своих не выдают», и что позиции его бывших сослуживцев по-прежнему. Он напоминает, что Шогенов давно в отставке.

«Согласно Уголовно-процессуального Кодекса, если человека нет в списках, подлежащих вызову в суд для допроса в качестве свидетеля, доставка любого другого лица обеспечивается приглашающей стороной, а не судом, — поясняет президент адвокатской палаты Хабас Евгажуков. — Сторона обвинения и защиты в этом равны. Если они хотят услышать кого-то вне списка свидетелей, они сами обеспечивают его явку. Если Кудаев или его адвокаты хотят допросить Шогенова, то по Кодексу они сами обязаны доставить его на процесс. Поэтому нет какого-то заговора, или оснований говорить, что его покрывают и специально не приводят в суд».

Выдавливание в подполье

Хачим Шогенов 15 лет руководил МВД республики. После выхода на пенсию в 2006 году некоторое время был советником главы КБР Арсена Канокова. Также он возглавляет республиканскую Ассоциацию конного спорта. Охранял его отряд милиции специального назначения «Терек». После нескольких покушений на него – взрыва на ипподроме в мае 2010 года и убийства его охранников в январе 2011 года он перестал появляться где-либо.

Ни в Администрации главы КБР, ни в МВД официальные лица не знают, как найти бывшего министра. Хотя всем жителям известно, где находится его охраняемая дача. В апреле 2011 года даже Общественная палата РФ не смогла обеспечить присутствие Хачима Шогенова на слушаниях по проблемам радикализации молодежи в КБР. Где уж этого добиться адвокатам…

По свидетельству некоторых подсудимых, Шогенов и его подчиненные планомерно преследовали, избивали мусульман, пресекали любую их деятельность от организации футбольного турнира и конного завода до сдачи донорской крови, напрямую требуя: «Идите в лес!»

В ведомстве Шогенова даже придумали термин для обозначения тех, с кем они столько лет боролись – «молящиеся». МВД довело ситуацию до того, что мечети в республике были закрыты, соблюдающие мусульмане были вынуждены буквально запасаться «алиби» на случай очередной встречи с ОМОНом.

Они носили в кармане распечатанную пачку сигарет, а дома в холодильнике на случай обысков держали откупоренную бутылку водки. В противном случае их самих, их жен и родителей, даже малолетних детей заносили в «списки ваххабитов».

Без чувства защищенности

Именно многолетнее преследование мирно настроенных мусульман, организованное Шогеновым, подготовило взрыв 13 октября 2005 года. Однако суд не выказывает стремления разобраться в том, что послужило причиной трагедии 13 октября. А силовые структуры продолжают давление на мусульман, а не на тех, кто их преследовал.

Если говорить по существу, то для умиротворения ситуации в республике не адвокаты, а именно суд должен был занести бывшего главу МВД в списки свидетелей и способствовать его доставке на заседания. Об этом не первый год говорят общественники и правозащитники.

«Без правосудного приговора подсудимым невозможно восстановить гражданский мир в Кабардино-Балкарии. Осудив тех, кто причастен к трагедии 13 октября, государство должно найти в себе силы признать и допущенные им ошибки, — уверена Екатерина Сокирянская».

С ее слов, скоро суд перейдет к рассмотрению доказательств защиты. Для восстановления справедливости крайне важно, чтобы были внимательно изучены все аспекты трагедии 2005 года, в том числе заслушаны показания ключевых свидетелей, экспертов, а также руководителей силовых структур того времени, в том числе Хачима Шогенова.

«Суд и власти Кабардино-Балкарии должны быть заинтересованы, чтобы процесс шел в максимально спокойной обстановке, а все его участники и члены их семей чувствовали себя защищенными», — резюмирует Сокирянская.

Как видно из событий последних дней, семьи участников процесса защищенными себя не чувствуют вовсе. А о причинах трагедии и вызове в суд руководителей силовых структур вообще речи не идет. Хотя как раз силам федерального подразделения в масках в количестве 25 человек, совершающим налет на дом Кудаева, вполне по силам доставить в суд бывшего могущественного главу МВД Хачима Шогенова. Было бы, как говорится, желание.



3 комментариев


  1. Гость
    (22.01.2012 12:37) #
    0

    Комментарий удален модератором.

  2. Гость
    (22.01.2012 14:58) #
    1

    Всю эту ХачимШугеновскую и прочую мразь , еще тогда надо было гнать поганой метлой , куда нибудь в Чернобиль . А то сейчас еще сильнее начали барзеть .

  3. Гость
    (22.01.2012 16:40) #
    1

    25 ЧЕЛОВЕКА В МАСКАХ НИНДЗЯ ,ПРОТИВ ОДНОЙ ЖЕНШИНЫ , А ЧЕ ОНИ В МАСКАХ, СТЫДНО НАВЕРНОЕ ЖЕНШИНЕ В ГЛАЗА ПОСМОТРЕТ ЗА СВОЙ ГЕРОИЗМ, РАНЬШЕ ОДИН НИДЗЯ ПРОТИВ МНОГИХ ВЫХОДИЛ, А СЕЙЧАС 25 ПРОТИВ 1 ЖЕНШИНЫ, МОЛОДЦЫ,, МУЖЧИНАЯ ТАКАЯ 25 ПУТИНСКИХ КОМИССАРА.

  4. Гость
    (22.01.2012 22:48) #
    1

    эту кобординскую мразь, тварь, падаль, гниду, убийцу женщин и детей, врага мусульман поганую свинью шогенова уже давно пора отправить на тот свет. Надо очистить Кавказ от подобной нечисти. И он всё равно сдохнет рано или поздно. Уже в который раз везет этому ублюдку избежать смерти, но в следующий р