Ислам в осетинском селе

Зильги — исконно мусульманское село, расположенное недалеко от границы с Ингушетией. Когда в 2004 году была захвачена бесланская школа, здесь начались проверки. Сотрудников правоохранительных органов интересовали возможные связи прихожан мечети с бандитским подпольем в соседней республике. Мусульманскую часть Зильги и соседнего Заманкула не раз проверяли, вплоть до снятия отпечатков пальцев. Милиционеры говорили, что это делалось для того, чтобы удостовериться в их непричастности к теракту.

Мне эта процедура была неприятна, — говорит Алик Дзиоев, житель Заманкула. — Этим было показано, что к нам нет доверия. Но и сотрудников органов понимаю, такая у них работа. Я не могу утверждать, что все мусульмане чисты, но в селе у нас плохим никто не занимается. Мы только молимся, и никому не мешаем.
Но тех, кто еще старается жить по канонам Корана и совершает намаз, не так много. Среди них Алик Дзиоев и Руслан Бацазов. Они рассказали о судьбе мечети села и о нынешнем положении мусульман. Видно было, что вначале они сомневались в моем непредвзятом отношении, но затем все-таки рассказали о своих проблемах и о том, что их беспокоит.

Мечеть Заманкула была построена более ста лет назад, — говорит Руслан Бацазов, стоя у ее руин. — Площадь ее около 270 м2. Тотальное уничтожение храмов и церквей не обошло стороной и это село. В 1937 году мечеть наполовину была разобрана. В том же году во время молитвы своими односельчанами был убит имам. А спустя несколько лет на этом месте Советы открыли клуб.
Руслан с горечью говорит, что сейчас от мечети остались одни стены. А из всего комплекса здания сохранилось лишь помещение, предназначенное для снятия обуви. Но даже эта часть разрушенного здания продолжает функционировать — именно здесь по пятницам собираются верующие.
На молитву приходит немного народа — человек десять. А в целом у нас около 40 правоверных мусульман, — продолжает он.
Как выяснилось, в селе нет имама. Мечети требуется полное восстановление: оставшиеся стены с течением времени долго не устоят под влиянием природных факторов. По словам Руслана Бацазова и Алика Дзиоева, у заманкульских мусульман нет никаких радикальных настроений. Они уважительно и лояльно относятся и к другим вероисповеданиям. Даже во время частых сельских застолий они стараются не реагировать на шутки односельчан, когда их заставляют выпить.
Извилистая дорога до мечети Зильги показалась мне в этот раз длиннее. Наверное, потому, что прежде не бывала в духовном центре села. Думалось даже, что меня могут не запустить в молельный зал. Но верующие здесь довольно приветливы. Имама в мечети не оказалось, пришлось ждать его. Мужчины учтиво предложили мне войти в прихожую, чтобы я не замерзла.
За это время удалось рассмотреть мечеть, которая была отреставрирована в 2007 году. Здесь созданы все условия для комфортного и уютного пребывания в зале молитвы. Зданию 106 лет, но благодаря умелой работе строителей начала прошлого века мечеть сохранена практически в первозданном виде.
Хоть я и знала, что имаму Зильги всего 23 года, но все равно не ожидала увидеть мягкого и доброго человека. Ахсар Азиев три года стоит во главе мусульман села, и за это время число молодых прихожан заметно увеличилось. Ранее регулярно намаз совершали семь стариков, пятеро из них уже умерли. К остальным нынешний имам всегда обращается за советом.
Ахсар семь лет назад был направлен бывшим муфтием республики Русланом Валгасовым на учебу в египетский университет Аль-Азхар. Свой выбор он объясняет тем, что террористы свои не богоугодные дела прикрывают религией, и ему было непонятно, где написано в Коране, что можно убивать невинных людей? На изучение священных писаний ушло 4 года. Теперь же он их хорошо знает. Азиев уверен, что если бы все мусульмане внимательно читали Коран, то никто не посмел бы под знаменем ислама совершать теракты.

По приезду из Египта в Зильги Ахсар замечал, что односельчане бросают в его сторону недоверчиво-заинтересованные взгляды.
— Жители села хотели убедиться, что я не стал радикальным исламистом, — рассказывает молодой имам. — Не примусь ли собирать группировку и совершать теракты? Но спустя некоторое время они убедились в том, что никаких изменений в худшую сторону во мне не произошло. Как я вообще могу стать радикалом, если тут родился и вырос? И мысли не допускаю о том, чтобы хоть каким-то делом опозорить землю своих предков. Истинная вера сама нас воспитывает! Только легкомысленные мусульмане думают, что религия это азарт и склоняет к убийству. Вот и двоих наших прихожан (жаль, что так мало, но многие работают и не нашли времени) направил на занятия по семинарской программе «Уроки Ислама», чтобы они больше знали и не блудили, разбирались, где ложь, а где истина. И чтобы никого из них не смогли склонить к совершению нехороших поступков.

Впоследствии имаму стали доверять, о чем свидетельствует уважение со стороны односельчан. К его слову начали прислушиваться. А некоторые родители даже просят его повлиять на своих непослушных детей, чтобы те перестали курить. До открытия мечети в Беслане прихожан в Зильги было много. Приезжали как из районного центра, так и из Заманкула. А теперь на молитву собираются чуть более 30 человек.
Я интересуюсь у имама Азиева, уверен ли он, что члены зильгинской мусульманской общины не увлекутся исламским радикализмом. Он заверяет меня, что по их поступкам и делам можно судить, что все они на правильном пути.
— Что у них на сердце и в душе, мне сложно сказать. У нас есть такие, которые стояли на неправильном пути, но после прихода в мечеть перестали употреблять алкоголь и другие отравляющие вещества. Религия их перевоспитала. До этого им не помогали курсы лечения в дорогих клиниках и даже посещения спортивных залов, — говорит Азиев.

От Зильги до территории Ингушетии рукой подать. Следующий мой вопрос касался возможных отношений с мусульманами из сопредельной территории. Азиев покачал головой.
— Не любить осетин для некоторых из них — проявление особого патриотического чувства. Это недоброжелательное отношение я почувствовал и в Египте. Есть и такие, которые ведут себя так, как будто мы их должники. Мусульманин мусульманину брат, поэтому если кто-то из таких придет в нашу мечеть, то я препятствовать этому не буду. Пусть проводят молитву, но потом уходят с миром, — сказал Азиев.
23-летний имам рассказал, что правоохранительные органы постоянно проверяют зильгинских мусульман на предмет связей с бандподпольем.
Мы регулярно общаемся с местным ОВД. Спрашивают, как правило, о том, посещают ли нашу мечеть из соседних республик и все ли нормально с теми, кто приходит. Я даже сам прошу начальника, чтобы постоянно присутствовал человек из органов. Он будет видеть, чем мы тут занимаемся. Нам нечего скрывать от людей, все, как говорится, на виду. В исламе люди должны находить радость, покой и согласие, а не страх, злобу и разобщение.

Публикуется с сокращениями (редакция Ансар.ру)



0 комментариев