Мусульманские корни блюза

Сильвиан Дайоф знает, что ее аудитория может быть настроена весьма скептически, поэтому она исполняет две вещи, чтобы продемонстрировать связь между Исламом и американским блюзом: мусульманский призыв к молитве (азан), звучащий с минаретов мечетей по всему миру, и песню «Levee Camp Holler» - типичный пример музыки в стиле блюз, впервые распространившейся по дельте Миссисипи более 100 лет тому назад.

«Levee Camp Holler» - не вполне обычная песня. Она стала произведением бывших рабов, которые трудились, не покладая рук, в Америке, еще недавно пережившей Гражданскую войну. В версии, которую исполняет Дайоф, в этой песне воздается хвала Господу («О, Господи, я проснулся сегодня утром, и мне плохо… О, Господи, я вспоминаю прекрасные времена, которые я пережил когда-то»).

Но именно в мелодии песни прослеживается ясная параллель с самым известным в Исламе мотивом. Ее широкий диапазон заставляет вибрировать голосовые связки исполнителя. Как для этой песни, так и для азана характерны также назальные звуки.

«Несколько лет тому назад у меня была беседа в Гарварде, где я также исполняла обе мелодии, и зал взорвался аплодисментами, потому что аналогия была очевидной», - говорит Дайоф, которая является научным сотрудником Исследовательского центра негритянской культуры Чомбург в Нью-Йорке.

Это действительно так благодаря рабам из Западной Африки, которых насильно ввозили в Соединенные Штаты на протяжении трех столетий, начиная с 1600 года и кончая серединой 19-го века. Около 30% из них составляли мусульмане. Многие из них говорили и писали на арабском языке. Об этом сейчас свидетельствуют историки.

Несмотря на то, что рабовладельцы пытались заставить своих рабов принять христианство, многие из них остались твердыми в своей вере и сохранили собственные обычаи. Таким образом, на довоенном рабовладельческом юге США появилась африканская культура. Мусульмане, вынужденные выполнять самую черную работу на плантациях, тем не менее, находили в себе силы следовать нормам своей религии. Спустя десятилетия практика исполнения ими сур Корана, сливаясь с разнообразными песенными традициями Африки, и сформировала мотивы современного блюза.

На блюз также оказали влияние и те инструменты, на которых когда-то играли рабы-мусульмане. Белые плантаторы запрещали барабан, часто используемый рабами из Конго и других немусульманских регионов Африки, поскольку он ассоциировался у них с призывом к непокорности и опасными сборищами. Струнные инструменты, предпочитаемые рабами из регионов Африки, населенных мусульманами, были, напротив, разрешены благодаря своему сходству с европейскими музыкальными инструментами, такими как скрипка. В результате те из рабов, которые сумели соединить воедино разные инструменты (знаменитое американское банджо имеет африканское происхождение), имели больше возможностей публично исполнять свои песни.

Герхард Кубик, профессор этнической музыки Университета Майнца (Германия), написавший наиболее исчерпывающий обзор о связи блюза с африканской музыкой («Африка и блюз»), утверждает, что сольное исполнение блюза впитало в себя элементы арабо-исламской песенной традиции, сформировавшейся на протяжении столетий господства Ислама в Западной Африке.

Кубик полагает, что многие сегодняшние исполнители блюза подсознательно воспроизводят в своих песнях эти арабо-исламские элементы. По его словам, «многие черты блюза, считавшиеся необычными, происхождение которых не могли ранее объяснить музыковеды, теперь становятся ясными, и в них прослеживается трансформировавшаяся с течением времени арабо-исламская музыкальная традиция».

Однако степень связи между Исламом и американским блюзом до сих пор остается вопросом дискуссий. Некоторые ученые продолжают утверждать, что такой связи не существует, и многие сегодняшние исполнители блюза говорят, что их музыка не имеет отношения к религии.

Тем не менее, выявляется все больше доказательств, полученных такими учеными-музыковедами, как Кубик, а также другими исследователями, например, Корнелием Уолкером Бейлеем, композитором из Джорджии, предок которой в свое время был рабом-мусульманином, подтверждающих глубокую взаимосвязь между выходцами из мусульманских стран и американской культурой. Конечно, это было всего лишь одним из факторов, повлиявших на формирование блюза, но его, тем не менее, нельзя не учитывать. Об этом говорит знаменитый исполнитель Барри Даниелян, трубач, житель Нью-Джерси.

Даниелян, исповедующий Ислам, говорит, что, возможно, немусульманину трудно поверить в наличие упомянутой взаимосвязи, поскольку он недостаточно знаком с арабской и с исламской культурой. Не каждый человек, выросший на Западе, способен услышать мелодику в азане (призыве к молитве) и чтении сур Корана, которое часто практиковали рабы, привезенные из Африки.

Сегодня американцы знают, что блюз зародился и получил развитие в конце прошлого – начале нынешнего столетия в южных штатах, таких как Луизиана, Миссисипи и Алабама. Он был одним из музыкальных стилей, существовавшим в то время на юге США.

Его первые исполнители не знали, что у их музыки – африканские или мусульманские корни. Им казалось, что у блюза больше общего с европейской музыкой, чем с традициями континента, находящегося далеко за океаном. Кроме того, к началу 20-го столетия потомки вывезенных в Америку рабов-мусульман большей частью обратилось в христианство, к чему его вынудили разного рода обстоятельства, включая прямое насилие. Среди темнокожего населения Юга оставалось не так много приверженцев Ислама. Однако спустя столетие такие исследователи, как Дайоф и Кубик, сумели распознать то, что было незаметным в начале 20-го века.

Вспомним, что пишет в своей автобиографии В. Хенди, получивший прозвище «отец блюза», предки которого были рабами. На протяжении 40 лет Хенди сочинял песни и играл на кларнете.

Он вспоминает, как в 1903 году, когда он спал на железнодорожной станции, к нему подошел поджарый негр, игравший на гитаре. Он был одет в лохмотья, пальцы его ног выглядывали из ботинок. Его лицо хранило выражение печали, свойственной пожилому человеку. Играя на гитаре, он водил ножом по ее струнам. «Впечатление от его игры было незабываемым. Его песни сразу поразили меня… Это была самая таинственная музыка, которую я когда-либо слышал», - вспоминает Хенди.

В песне, услышанной Хенди, говорилось о станции, где пересекаются пути нескольких поездов. Хенди пишет в своей автобиографии, опубликованной в 1941 году: «Негры Юга поют обо всем. Поезда, пароходы, паровозные свистки, злые боссы, упрямые мулы – все становится темами их песен. Они аккомпанируют себе на всех предметах, из которых можно извлечь музыкальный звук или что-либо ритмическое – на всем, начиная от гармони и кончая стиральной доской. Именно таким способом они и задали тон тому, что мы сегодня называем блюзом».

В то время как стиральная доска стала популярной среди исполнителей блюза позднее (например, она была излюбленным инструментом Роберта Брауна, получившим прозвище «Сэм – стиральная доска»), та техника исполнения, которую наблюдал Хенди – игра на гитаре с использованием ножа – восходит к традициям Центральной и Западной Африки. В своей книге «Африка и блюз» Кубик пишет, что там подобным образом исполнялись мелодии на однострунной цитре. Хенди предполагает, что такая техника исполнения позаимствована от гитаристов Гавайских островов, но вместе с тем человек, музыка которого так потрясла «отца блюза», имел явно африканские корни. Кубик достаточно хорошо знает Африку, так как много раз ездил туда во время своих исследований, а также жил там.

Бейлей, побывавшая в Африке в 1989 году, говорит, что часто люди приписывают совершенно другое происхождение вещам, имеющим мусульманско-африканские корни, сохраненные неграми из южных штатов США.

Бейлей живет в Джорджии на одном из островов, где небольшое сообщество темнокожих жителей ведет свою родословную от Биляля Мухаммеда – раба-мусульманина, родившегося и выросшего на территории, ныне принадлежащей Гвинее. Посетителей острова Сапело всегда поражает тот факт, что все церкви на нем построены фасадом к востоку. Когда Бейлей была еще ребенком, ее учили молиться, также стоя лицом к востоку, то есть глядя в ту же сторону, куда смотрел ее предок-мусульманин – в сторону Мекки.

Биляль был образованным человеком. Он мог говорить и писать по-арабски и всегда брал с собой Коран и коврик для намаза. Он также носил головной убор, свидетельствующий о его религиозной принадлежности. В свое время в Африке Биляли готовился к тому, чтобы стать имамом, а на острове Сапело рабовладелец назначил его надсмотрщиком над остальными рабами. Несмотря на то, что потомки Биляля приняли христианство, они сохранили некоторые мусульманские традиции, в том числе и направление молитвы.

Фактически имя Биляля происходит от имени одного из первых людей, обратившихся в Ислам, и первого муэзина – бывшего абиссинского раба, Биляла (да будет доволен им Аллах). Один историк полагает, что у аболюциониста Фредерика Дугласа, сменившего свое имя на Фредерик Бейлей, также, возможно, мусульманские корни.

«История меняет положение дел», - пишет 59-летняя Бейлей в своих мемуарах, отражающих историю острова. – «Все со временем приобретает вид, отличающийся от первоначального».

Хорошим подтверждением этого служит песня «Маленькая Салли Уолкер». Ее пели многие исполнители блюза, и в одном из вариантов она называлась «Маленькая Салли на блюдце» (в ней поется о девочке, «сидящей на блюдце»). Фрэнки Куимби, родственница Бейлей, также ведущий свою родословную от Биляли Мохаммеда, говорит, что эта песня была написана в период рабства на побережье Джорджии, и ее авторы взяли фамилию Уолкер от своего рабовладельца.

«Я часто сталкивалась с тем, что люди вставляют в песню совершенно другие слова, - говорит Куимби, исполняющая вместе со своим мужем песни рабов в составе группы «Georgia Sea Island Singers», недавно выступавшей перед президентом Бушем и членами его администрации. – Мы учим людей возвращаться к истокам».

Важно обратить внимание и на такой факт.Поскольку сохранилось мало документов, относящихся к периоду рабства, возникает много споров по поводу того, что можно, а что нет связать с Африкой и Исламом. Безусловно, Ислам и арабская культура оказали влияние на музыку всего земного шара, включая знаменитый фламенко, прижившийся в Испании за семь столетий мусульманского правления.

Современная гитара – прямой потомок арабской разновидности лютни, которая появилась в Европе во время правления мусульман в Испании. Существует связь между музыкой Ренессанса и арабо-исламской культурой – связь, которую академики изучили более тщательно, чем африкано-исламские корни блюза.

О том, что Ислам имеет отношение к блюзу, сегодня знает, похоже, лишь ограниченный круг академиков и музыкантов. Такие книги, как «Африка и блюз» Кубика или «Служители Аллаха: порабощенные африканские мусульмане в Америке» Дайоф предназначены, скорее, для студентов университетов, чем для широкой публики.

Что касается массовой культуры, то трудно найти какое-либо произведение - роман, фильм, песню и т.п. – которое касалось бы Ислама, музыки и рабов-африканцев. Можно назвать, пожалуй, лишь фильм «Дочери пыли», снятый Джулией Дэш в 1991 году, действие которого разворачивается в Джорджии. Среди героев фильма – мусульманин, прототипом которого стал Биляли Мохаммед, однако сцена, которая показывает, как он молится, длится всего лишь несколько мгновений. Этот фильм, к тому же, не получил широкого распространения.

Есть также роман Алекса Хелея «Корни», на основе которого в 70-е годы был снят документальный телесериал. Его главный герой Кунте Кинте – мусульманин.

По мере того, как все больше людей узнают о наличии связи между Исламом и блюзом, происходит неизбежная революция в понимании того, каким образом мусульманская религия распространилась по разным континентам и оказала влияние на различные культуры. Различие между Испанией и Америкой состоит лишь в том, что в первой мусульмане господствовали, а во вторую были привезены как рабы в цепях.

Эти люди создали диаспору, не знающую аналогов в мировой истории. Ее первыми представителями стали 10 миллионов африканцев, проданных в неволю в Америке. Боль этих рабов до сих пор можно услышать в мелодиях блюза – песнях, часто повествующих о жестоком обращении, тяжелых временах и тоске по свободе. Блюз является уникальной формой искусства, распространившейся из Америки по всему миру и, в свою очередь, повлиявшей на историю музыки. Без блюза не было бы джаза, да и всей современной музыки.

Джонатан Куриэль, «San Francisco Gate»



0 комментариев