Эволюция государственно-исламских отношений в России и ее влияние на формирование идентичности мусульман

Ислам является второй по численности верующих религией в современной Российской Федерации после православного Христианства. В течение многих веков мусульмане пережили разные этапы развития своей религии, от запрета и гонений, до терпимого отношения и свободы вероисповедания.

Начало распространения Ислама на территории России. Ислам на современной территории России появился почти на 350 лет раньше Христианства. Крещение Руси, как известно, состоялось в 988 г. При этом еще в 642 г. мусульмане, среди которых были и сподвижники Пророка Мухаммада вошли в древний город Дербент, который находится на юге Республики Дагестан. Именно отсюда началось распространение Ислама на территории Кавказа.

Вторая волна распространения Ислама пришла на территорию Урало-Поволжья. В мае 922 г. в Волжскую Булгарию (ныне – территория Татарстана, Чувашии, Ульяновской и Самарской областей) прибыло посольство багдадского халифа, что послужило принятию Ислама предками современных тюрко-язычных народов Поволжья в качестве государственной религии. Что опять-таки на 66 лет раньше принятия Русью христианства. При этом Ислам к тому времени в Волжской Булгарии уже был достаточно укоренен.

В 1312 г., при хане Узбеке, Ислам становится государственной религией Золотой Орды, расположенной на значительной части территории современной России. После распада Орды Ислам являлся официальной религией государств и государственных образований, возникших на ее территории (Поволжье, Кавказ, Сибирь, Крым).

Развитие государственно-исламских отношений XVI – XVIII вв. Ислам как нетерпимая религия. С конца XV в. начинаются попытки московских великих князей установить контроль над Казанью. Иван Грозный покорил Казанское, Астраханское и Сибирское ханства. Постепенно и другие тюрко-мусульманские государственные образования вошли в состав Московского, позже Российского государства. Как правило это происходило военным путем, но были случаи добровольного вхождения, например Башкирия.

После присоединения к России началась политика христианизации, зачастую насильственная. В 1593 г. был обнародован указ царя Федора Иоанновича о разрушении мечетей в присоединенных к России областях. Строительство новых запретили. Фактически был взят курс на искоренение Ислама как такового. Многочисленные восстания жестоко подавлялись.

Вместе с тем антимусульманские акции московского правительства в ХVI в. не были повсеместны и не имели тотального характера. Они преследовали цель, прежде всего политического контроля завоеванных земель. В ХV-ХVII вв. имелись многочисленные факты терпимого отношения в России к мусульманам при условии их верности московским государям, о чем свидетельствует переход многочисленных представителей золотоордынской знати на службу к московским великим князьям, а также участия мусульман в военных кампаниях и службе в армии (Засечная черта, мишарские и проч. соединения). Можно также упомянуть участие татар в освободительной войне 1612-1613 гг. и наличие подписей нескольких мурз в документе об избрании новой династии.

При Петре I делаются первые попытки изучения ислама: в 1716 г. впервые осуществляется перевод Корана на русский язык, выполненный доктором философии В. Постниковым, – «Алкоран о Магомете, или Закон турецкий».

В правление Анны Иоанновны вновь подтвержден запрет строительство новых мечетей. В Свияжске (Казанской губернии) была учреждена Комиссия для крещения казанских и нижегородских мусульман и других инородцев. В 1740 г., уже в царствование Елизаветы Петровны, она была переведена в Казань и преобразована в Новокрещенскую контору.

Однако в 1756 г. при Елизавете специальным указом было разрешено строительство новых мечетей для татар, живущих особыми деревнями в Казанской, Воронежской, Нижегородской, Астраханской, Симбирской губерниях. Именно в мечетях татары приводились к присягам. Это вынудило власти пойти на уступки.

Екатерининская эпоха. Ислам как терпимая религия. Правительственная политика по отношению к мусульманскому населению Российской империи коренным образом меняется лишь в царствование Екатерины II. При ней Ислам объявляется «терпимой религией», т.е. получает легальный статус. Однако сохраняется множество ограничений, в частности религиозной проповеди и строительства новых мечетей. Среди татарского населения императрица получает почетное звание «Эби-патша» (Бабушка-царица).

В царствование Екатерины II предпринимаются усилия по интеграции мусульман в сословную структуру империи. В 1784 г. татарским мурзам и башкирским старшинам предоставляются права российского дворянства, в том числе право владения населенными имениями. Тогда же были даны значительные льготы мусульманским купцам, ведущим торговлю с Туркестаном, Персией, Индией и Китаем.

На Северный Кавказ Ислам проник в результате арабских завоеваний. Первыми его приняли народы Дагестана, но Ислам окончательно утвердился в период Кавказской войны под руководством имама Шамиля. Сопротивление горцев Петербургу велось под религиозными лозунгами «газавата» на протяжении полувека. После поражения последовал массовый исход северокавказцев в Турцию, был введен ряд ограничений на религиозную практику.

В то же время был о обратный процесс. Россия настолько оказалась очарована Кавказом, что сам император, великие князья, дворяне, высшие офицеры и генералы одевали кавказскую черкеску. До сих пор полковники и генералы российской армии носят кавказские папахи, а русские казаки считают кавказские черкеску, башлык, бурку и ту же папаху своей национальной одеждой. Кавказская тема нашла также широкое отражение в русской классической поэзии и литературе.

Официальное мусульманское духовенство. После Екатерины II государственно-исламские отношения в Российском государстве развивались в рамках духовных управлений мусульман. В 1782 г. мусульманские священнослужители выделились в особое духовное сословие. Именным Указом Екатерины II от 22 сентября 1788 г. было создано Оренбургское магометанское духовное собрание с центром в Уфе. Ему были подчинены все мусульманские приходы внутренней России, за исключением Таврической губернии (Крым) и Закавказья.

Между тем, ДУМы, если подходить к анализу явления объективно, всесторонне и взвешенно, надо признать не только (а, может быть, даже и не столько) инструментом государства по контролю и управления мусульманами и развитием их религии с «чиновниками от Ислама» (как полагают многие сегодня) во главе, но и своего рода уступкой мусульманам, Исламу вообще. Появление ОМДС не было жестом доброй воли со стороны империи. Это стало результатом сотен восстаний, поднимавшихся на протяжении нескольких веков, в том числе участие татар и башкир в восстании Пугачева, Разина, Болотникова и проч. Все они были спровоцированы жесткой политикой христианизации и русификации.

Система ОДМС во многом была скопирована с Русской православной церкви, с ее клерикальной иерархией и плотной вписанностью в систему государства. Но, с другой стороны, как убедительно показывают последние исследования, Екатерина II по-своему, с поправкой на реалии России и ее собственное видение, попыталась применить османскую модель миллетов (внетерриториальных автономий для этно-конфессиональных меньшинств) с той разницей, что в Турции меньшинствами являлись в основном христиане, а у нас – мусульмане. При этом, кстати, османский правитель, имевший статус халифа, признавался духовным, но не политическим, главой российских приверженцев Ислама.

Явление, которое было весьма прогрессивным для своего времени, надо рассматривать во всей полноте его противоречивости и неоднозначности. Решение о создании Оренбургского духовного магометанского собрания и, вообще, весь комплекс мер в отношении мусульман оказались для государственно-исламских отношений, возможно, вообще самыми важными за всю их многовековую историю.

Власти на протяжении всей истории существования ДУМов не столько использовали их, сколько с разной степенью успеха опекали и сдерживали, влияния на процесс развития Ислама в России.

Оренбургскому магометанскому духовному собранию (тогдашнему ДУМ) не доверяли, проверяли, постоянно в чем-то подозревали, не считали вполне лояльным. Более того, власти Российской империи видели в ДУМ порой даже угрозу, полагая, что, несмотря на подконтрольный характер, административный пресс, привилегии, подношения, именно на его базе может произойти консолидация мусульман страны, в результате чего те могут стать силой, с которой придется серьезно считаться.

И эти страхи имели под собой некоторое основание. Как показывает профессор Айдар Хабутдинов, ОМДС играло важную роль в формировании единой политической нации российских мусульман. Таковая не появилась в силу разных причин, то ключевое значение духовного управления для сложения современной татарской нации бесспорно.

Все вышесказанное, соответственно, сказывалось на характере исламо-государственных отношений вплоть до революции 1917 г. Так, созванное премьер-министром Аркадием Столыпиным «Особое совещание» рекомендовало в целях уменьшения его влияния территориально сократить компетенцию Духовного собрания и разделить подведомственные ему территории между несколькими аналогичными учреждениями под контролем правительства. Для противодействия татаро-мусульманскому влиянию в Приволжском крае действительный тайный советник Владимир Череванский в 1910 году в Особое совещание по делам веры при МВД писал: «Едва ли полезно создавать такой мусульманский Рим (из Уфы – прим. авт.), в который должны стекаться толпы мусульман из самых отдаленных местностей».

В начале XX в. Правительство многократно выступало против модернизации не только мусульманских институтов, но и особенно образования, предлагая то усилить контроль над татарскими школами (1908 г.), то устранить изучение русского языка из мусульманских школ (1910 г.), а то и вовсе закрыть русские классы при мектебах и медресе (1914 г.). – т.к. существование светского образования у мусульман «вряд ли бы отвечало политическим интересам государства» (цитируется по протоколу Особого совещания).

Опасения явственно отразились в панических настроениях профессора Казанской духовной семинарии, автора собственной системы русификации и христианизации татар и др. народов Поволжья («просвещения язычников»), Николая Ильминского в конце 1870-х – начале 1880-х годов: «Надвигается страшная буря мусульманская, новое нашествие, но не монгольское, а мусульманское; не дикарей из Азии, а дикарей цивилизованных, прошедших университеты, гимназии и кадетские корпуса, вспоенных прессой…». А вот как Николай Ильминский описывал приемлемого для империи, по его мнению, официального муфтия и его подопечных: «Для нас вот что подходящее было бы, чтобы инородец в русском разговоре путался и краснел, писал бы по-русски с порядочным количеством ошибок, трусил бы не только губернаторов, но и всякого столоначальника». Сам он был секретарем (что-то вроде главного помощника-куратора) при главе Магометанского духовного собрания Мухамедъяре Султанове.

Оценки екатерининской эпохи государственно-исламских отношений. В одной из немногих статей, посвященных осмыслению феномена Ислама в России, выдающийся мыслитель Исмаил-бей Гаспринский в 1881 г. дал оценку этому периоду государственно-исламских отношений. Он отметил, что мусульманское население чувствует лишь внешнюю, формальную связь с Российской империей. Эта связь ограничивается обязанностями, повинностями и самоотверженным служением. Но этого мало. Гаспринский также дал рекомендации на будущее. Желательно, чтобы «эта еще внешняя, официальная связь приобретала все более и более нравственный характер; чтобы она неустанно укреплялась и оживлялась сознанием не только ее политической необходимости, но и сознанием ее внутреннего исторического значения и полезности; желательно, чтобы русское мусульманство прониклось убеждением в том, что Провидение, соединив его судьбы с судьбами великой России, открыло пред ним удобные пути к цивилизации, образованности и прогрессу». Гаспринский, будучи прогрессистом и сторонником просвещения, надеялся, что русский народ поможет мусульманским народам получить образование по новоевропейскому типу, «просветиться».

«Хотя история взаимоотношений Российского государства и мусульманских народов не такая благоприятная, какой ее иногда склонны изображать, все же, сопоставляя с опытом других цивилизаций, можно утверждать, что модель сосуществования, выработанная в Российской империи, была одной из наиболее плюралистичных, и она предоставляла широкие возможности для практики Ислама», - это оценка периода уже нашего современника. (См.: Мухетдинов Д.В.Российское мусульманство: призыв к осмыслению и контекстуализации. - М, 2015).

Предреволюционная эпоха. Несмотря на все сложности и исторические обиды, можно говорить, что во второй половине XIXв. был найден некий баланс в государственно-исламских отношениях. Прекратилось массовое военное сопротивление мусульман, власти оставили жесткие попытки унификации. Кавказских горцев продолжали не брать в армию из-за опасений нелояльности. Однако когда в рамках российской армейской системы были созданы отдельные ниши – кавказские полки, объединенные в Дикой дивизии, с собственными знаменами, наградами, полковыми имамами, горцы-мусульмане в огромном количестве пожелали в них вступить. Эти соединения хорошо зарекомендовали себя в Первую Мировую.

Общественно-политическое движение мусульман Российской империи. Основным достижением общественно-политического движения мусульман стала парламентская фракция, образованная по религиозно-национальному принципу и объединившая представителей тюрко-мусульманского населения Российской империи (1906—1917). В Госдуме всех четырех созывов фракция в целом придерживалась лево-либеральных позиций. Доминирующий фланг движения вырос из джаддизма (обновленчество, реформаторство, от араб «джадид» – новый) - – религиозно-просветительского течения конца XIX- началаXX века. Джадидисты опирались на крепнущую мусульманскую национальную буржуазию и нарождающуюся интеллигенцию. Их оппоненты – кадимисты (консерваторы, от араб. «кадим» - старый) – сближались с крайне правыми и находили поддержку в малообразованной и реакционной среде. В Союзе русского народа даже обсуждалась инициатива создания Мусульманского союза русского народа из казанских татар. Некоторые лидеры черносотенцев отмечали большую близость последователей Ислама к русским, чем западноевропейцев.

Эпоха революций. Общественное движение российских мусульман заметно активизировалось сразу после Февральской революции. Прошел Первый и Второй Всероссийские мусульманские съезды. Появились мощные национально-религиозные движения в регионах.

Мусульманские народы также во многом поддержали Октябрьскую революцию, обещавшую полную свободу и равноправие. Появились Центральный мусульманский социалистический комитет, Российская мусульманская коммунистическая партия и др. Были открыты исламские гимназии, возродились даже шариатские суды. В то же время определенная часть поддержала белых в Гражданскую войну, значительные силы ушли в национал-сепаратистские и «зеленые» движения. Можно сказать, что события того времени разделили мусульман, также как и все остальное население России.

Ситуация сильно изменилась 30-х годах, когда за «безбожной пятилеткой» (масштабные гонения на религию и репрессии духовенства и национальной интеллигенции), запретом арабицы и смены алфавита последовала насильственная коллективизация, вызвавшая массовый голод. В ответ начались восстания, итогом которых стала депортация целых народов – чеченцев, ингушей, карачаевцев, балкарцев, крымских татар и др.

Великая Отечественная война.Во время войны антирелигиозная волна несколько стихла. Некоторые мечети были вновь открыты. На фронтах Великой Отечественной погибли сотни тысяч мусульман. Муфтият вынес фетву о том, что война с фашизмом является для мусульман СССР – джихадом. Были также собраны деньги в мечетях на нужды армии. В ответ Сталин публично благодарил мусульманское духовенство.

Ислам в послевоенные годы. В 60-х гг. в период антирелигиозной кампании были закрыты многие мечети, давлению подверглись имамы. На весь СССР действовало одно учебное исламское заведение – медресе и институт в Бухаре и Ташкенте. В 70-80-ее годы власти начинают привлекать мусульманских деятелей для продвижения своей внешней политики на Ближнем Востоке и в рамках борьбы за мир, имевшей целью противодействия Западу. На жизни мусульман внутри страны использование Ислама в качестве внешнеполитической витрины никак не сказывалось. Однако сложившаяся модель стабильности позволяла сохранять и воспроизводить, пусть и очень ограниченно, собственную идентичность.

Перестройка. В Перестройку начинают разгораться многочисленные конфликты в регионах, населенных мусульманами – Северная Осетия и Ингушетия, Чечня, Карабах, Абхазия, Дагестан и др. – которые чуть позже обернуться настоящими войнами. Мусульманские народы, прежде всего Кавказа, которые столь болезненно и мучительно привыкали сначала к одной системе – царской, потом к другой – советской, очень болезненно ощутили крах единой страны.

Вместе с тем, начавшаяся во второй половине 80-х гг. демократизация общественной жизни в Советском Союзе, открыла перед исламом, как и перед другими религиями, небывалые в истории России возможности для полнокровной жизни, восстановления канонических норм и внутреннего устройства.

Государственно-исламские отношения в постсоветской России. Наряду с религиозными организациями стали создаваться мусульманские общественные и политические организации. В 1990-х годах были созданы Исламская партия Возрождения, позже были образованы «Союз мусульман России», организация «Меджлис», «Нур» и др. Некоторые пытались создать собственный избирательный блок и выступить на выборах в Думу со своим собственным списком, другие блокировались с самыми разными силами – от правительственного «Наш дом – Россия» до радикального «Движения в поддержку армии». Однако все эти общественно-политические организации по разным причинам не имели успеха и распались. Самым большим успехом, которого добивались мусульманские организации в современной российской политике, надо признать движении «Рефах», которое имело в Думе (1999 – 2003 гг.) целую депутатскую группу.

Впоследствии законодательством России было запрещено создавать партии по религиозному принципу. Хотя попытки участия мусульман в политике в общегражданском формате продолжились, но весьма неудачно – «Истинные патриоты России» пришли на выборах 2003 г. к финишу последними. Были также отдельные попытки блокирования с разными силами («Евразийский блок», «Яблоко», «Правое дело», «Справедливая Россия» и т.д.) и индивидуального участия мусульман в выборах.

Несмотря на это следует отметить, что присутствие в Государственной Думе и Совете Федерации некоторых мусульманских деятелей играет важную роль в развитии мусульманской общины современной России и отношений Ислама с государством и благоприятно влияет на имидж России в исламском мире.

Влияние Ислама на современное российское общество и государство. Оно охватывает религиозную, духовно-культурную и социально-политическую сферы, о которой мы уже сказали. В религиозной области произошли наиболее заметные изменения: были построены тысячи новых мечетей, сотни медресе, десятки институтов и университетов, массовыми тиражами издана исламская религиозная литература, открыты духовные управления мусульман в различных регионах страны.

Несмотря на то, что в современной России возведено огромное количество мечетей, проблема их строительства остается очень острой в крупных мегаполисах (Москва, Петербург) и регионах, где раньше традиционно мусульмане не были представлены (Рязань, Воронеж, Курск, Кострома и др.).

В российском законодательстве указывается, что в России исторически проживают последователи четырех традиционных конфессий, и все они вправе рассчитывать на равную поддержку со стороны государства. Однако периодически на местах граждане продолжают сталкиваться со случаями дискриминации и непонимания. Так, политические и общественные деятели Татарстана предлагали, наряду с недавно введенным в стране Днем крещения Руси, утвердить на общефедеральном уровне День принятия Ислама, но поддержки не нашли.

Весьма актуальной остается вопрос запрета религиозной литературы. В рамках борьбы с экстремизмом в списки запрещенных книг попали переводы даже фундаментальных источников Ислама, не говоря уже об обычной канонической литературе. Периодически по необоснованным причинам подвергаются гонениям религиозные активисты и даже официальное духовенство, вводятся запреты на посещение девочками школ в хиджабах. Это вызывает резкое недовольство мусульман России и их официальных лидеров. С другой стороны, с точки зрения и Конституции и Закона о религиозных свободах российские мусульмане имеют больше прав и возможностей для проповеди и возрождения Ислама чем, во многих арабских и мусульманских странах.

Наряду с этим, в российском обществе возросла исламофобия, кавказофобия и мигрантофобия. Во многом это вызвано активность террористических организаций, действующих от лица Ислама, и ростом миграционных потоков из Средней Азии. Но российские мусульмане воспринимают формат освещения этих вопросов в СМИ и многими экспертами и попытки связать миграционные проблемы и вопросы борьбы с экстремизмом с религиозным фактором как оскорбительные в отношении Ислама как такового.

В духовно-культурной сфере Ислам далеко не раскрыл своих возможностей. Как система духовных ценностей, как особая цивилизация и культура Ислам едва ли знаком гражданам России, которые в целом воспринимают его, прежде всего, как идеологию и политическую силу, угрожающую ее стабильности, целостности и конституционным основам. Проблему усугубляет раскол в мусульманской среде по многим направлениям и неэффективность многих религиозных институтов.

Стратегии развития государственно-исламских отношений в современной России. Тут можно выделить 3 подхода.Концепцию «растворения» четко выразил глава Правозащитного центра Всемирного русского народного собора Роман Силантьев. Комментируя выход одной своей книги, не ссылаясь на источники, он прямо заявил, что «ассимиляция этнических и религиозных меньшинств является неизбежным процессом в любом обществе, а в России она еще и ускоряется за счет деятельности экстремистов... После каждого теракта тысячи, а может быть, даже десятки тысяч людей из числа этнических мусульман принимают крещение».

Главный тезис Силантьева, который четко заявлен в его книгах, состоит в фатальной необратимости «православизации» и русификации всех российских народов. Поэтому, советуют он и его коллеги властям, нет смысла искать пути встраивания Ислама в ткань современной отечественной государственности, т. к. мусульмане все равно постепенно растворятся в русском православном народе, а Ислам уйдет с исторической арены. Силантьев изображает исламское возрождение в России как процесс сугубо негативный и угрожающий национальной безопасности. Все муфтии, судя по его книгам, уголовники, не чистые на руку интриганы, неграмотные бездарности и проводники враждебных РФ интересов; мусульманская общественность – это сумасшедшие и экстремисты; обычные прихожане – темная необразованная масса.

В общем, делается вывод, Ислам (не какой-то там «исламизм» или «ваххабизм», а именно Ислам в целом) в новой России не состоялся. Он несет проблемы, большие и маленькие. Соответственно, надо поддерживать тенденции его постепенного растворения и выдавливания из страны. Так проблемы с мусульманами решаться сами собой.

Фактически, это возвращение к доекатерининской политике в отношении Ислама, ключевым моментом которой была христианизация любыми средствами, включая насильственные. Последнее естественно невозможно по объективным причинам. Поэтому стратегию «растворения» можно назвать мягким вариантом того, что было до середины XVIII в.

Как переходная стадия предлагается выдавливание Ислама в «места компактного проживания народов его исповедующих», в том числе репрессивными методами (отсюда запреты на строительство мечетей в «традиционно русских городах»); затем де-факто, а, возможно, и де-юро, придание ему статуса не равноправной (как по Конституции), а «терпимой» религии. Т. е. речь идет о восстановлении ситуации до революции 1905 г.

С другой стороны, есть менее заметная стратегия «адаптации». Это комплексная работа по решению «исламского вопроса» в России. Иными словами, необходимо практическое признание со стороны государства и всего общества роли Ислама и мусульман в нашей стране, в той мере которая соответствует их вкладу в строительство общего дома. Сюда же следует отнести отказ от исламофобии в любых формах и создание механизмов включения потенциала российских мусульман в решение основных проблем государства.

Эта стратегия предполагает окончательную и позитивную интеграцию и адаптацию Ислама в ткань российской государственности и цивилизации на неких взаимовыгодных договорных условиях. В рамках данного подхода состоялись все значимые события последних лет – от вступления в Организацию Исламская конференция до создания при поддержке властей Фонда поддержки мусульманской культуры, науки и образования.

Указанные два подхода взаимоисключающи. Зачастую они реализуются параллельно друг от друга, создавая у наблюдателей шизофренический эффект. Но и там, и там, не хватает системности, четкости и глубины. В результате этого противостояния, как некий компромиссный вариант, или сама по себе, стихийно сформировалась еще одна стратегия. Она направлена на сохранение статус-кво – на сдерживание процесса исламского возрождения, на консервацию, замораживание и откладывание вопроса о конечном статусе и роли мусульманского сообщества, его идентичности на максимально далекий срок. Надо признать, что именно этот подход и является сегодня доминирующим.

Целостной стратегии по формированию современной мусульманской идентичности и социализации мусульманского сообщества до сих пор не появилось. При эскалации насилия на Кавказе или в других экстремальных обстоятельствах возникает моментная и опять же стихийная тяга к стратегии «адаптации». Но в силу многих причин, в том числе по вине самих мусульман, этого потенциала на долго не хватает. С другой стороны, на определенном фоне проявляется и тенденция к переходу на стратегию «растворение», что также ситуативно, и пресекается.

Создается, вообще, впечатление, что многие чиновники до сих пор воспринимают ДУМы, может быть, не осознанно, а стихийно, «по умолчанию», как само собой разумеющееся, в качестве уступки 220-летней давности. Этот комплекс и глубинные обиды, живущие в закоулках сознания или даже подсознания, за то, что когда-то предшественникам нынешней бюрократии пришлось отказаться от прежней политики, свою ложку дегтя вносят даже сегодня. В высоких кабинетах не сидят, конечно, поборники ассимиляции и христианизации в духе XVIII в. Однако, в определенных средах считается, что государство не может ошибаться в принципе и «поддаваться на давление», тем более, даже если это произошло свыше чем два столетия назад. Такие настроения укрепляют и создают порой ощущения безальтернативности стратегии сдерживания развития Ислама в России, вместо курса на полноценный и взаимовыгодный диалог и адаптацию.

Перспективы государственно-исламских отношений. Если среднее чиновничество в России предпочитает зачастуюсдерживать активность мусульман, откладывать решение их проблем, то лидеры государства, исходя из их публичных выступлений, придерживаются совершенно другой позиции. К примеру, Владимир Путин, впервые за всю российскую историю посетив первую мечеть страны во время исламского праздника, что в нашей стране был и будет «востребован богатейший морально-нравственный потенциал Ислама». В другом своем выступлении президент подчеркнул, что «Россия всегда была самым верным, последовательным и надежным защитником интересов исламской религии», а также «одной из основных опор исламского мира». Однажды он даже назвал РФ «и мусульманской страной», а ее мусульман «частью исламского мира». Впервые в своей истории официально на самом высшем уровне Москва признала Ислам как составляющую своей политико-государственной идентичности.

Таким образом, «у государственно-исламских отношений в Российском государстве не только очень богатое прошлое, одновременно и горькое, и позитивное, но очень плодотворное настоящее и будущее. Самое главное, что уровень образования мусульман, уровень их религиозного и гражданского самосознания растет. Как растет и понимание первыми лицами государства роли мусульман в судьбах страны и определении ее будущего», - отмечает в этой связи известный мусульманский деятель (См.: Доклад председателя религиозной общины мусульман г. Москвы «Даруль Аркам», шейха Мухамада Карачая на Молодежном семинаре «Свобода совести и веры» (Рязанский государственный университет им.Есенина, 24.09.2010).

Проблема развития государственно-исламских отношений в России, и их влияние на формирование гражданской идентичности мусульман на современном этапе, без сомнения, является одной из ключевых не только для развития Ислама в России, но и будущего самого многоконфессионального государства. Позиции сторон разнятся – от тотальной критики, как роли государства, так и роли самих мусульман в этих отношениях, до полного восторга и необоснованного оправдания всех прошлых ошибок и трагедий.

Груз прошлого, безусловно, существенен. Он влияет на настроения, на стихийный процесс самоопределения мусульман в России. Порой историей пытаются манипулировать различные силы, в том числе радикальные (также самого разного толка). Наиболее адекватный подход тут, на наш взгляд, заключается в том, что необходим баланс, основанный на учете законных интересов, с опорой на критическое осмысление опыта прошлого.

Абдулла Ринат Мухаметов, к полит. наук (Москва)



6 комментариев


  1. (03.04.2015 02:29) #
    0

    Статья понравилась. Странно, что она никого не ципанула и остается без комментариев. (Брат Анвер чего-то замолчал, не случилось ли с ним что?)
    Какие перспективы государственно-исламских отношений, могут нас ожидать при смене власти Путина?
    Мне кажется, перспектив у нас нет и не будет в ближайшее время ни при какой-либо другой власти. Потому что существующие отношения выстроены таким образом, что они сегодня определяются не только и не столько влиянием власти, сколько требованием общества. Для их изменений нужны глубокие системные изменения в общественном устройстве и не только в государственном управлении.
    Даже если представить, что к власти придут либералы с их декларируемой идеей гражданского общества, то смысла менять существующую политику тотальной ассимиляции нацменьшинств нет никакой. Зачем иметь в обществе людей (мусульман, кавказцев, татар и т.п.), у которых иерархия ценности в определении идентичности будет начинаться с их религиозной и национальной принадлежности, отличной от принадлежности титульной нации. Они считают это главным тормозом в построении общества. соответствующего их представлениям.
    Если же к власти придут силы, откровенно декларирующие приверженность имперским идеям православного. русского государства, то скорость тотальной ассимиляции сильно возрастет. Власть просто прекратит всякое прикрытие своей имперской сущности, и пойдет в разнос.
    В существующем политическом пространстве нет сил, с которыми мы могли бы взаимодействовать, отстаивая свои интересы. Более того - антиисламизм в его явном или в завуалированном виде стал инструментом борьбы за электорат.
    Вывод из всего этого один - если мы хотим выжить, мы сами должны становиться сильными.

    Как нам стать сильными? Стать сильными, действуя в рамках законов РФ.

    • (07.04.2015 23:30) #
      1

      Салам алейкум, Фидарис! У меня также сложилось хорошее впечатление о статье. А ведь тема-то в комплексном виде, в масштабах всей страны с анализом истории и современности, кажется, никто больше не занимался. Поэтому подумал, какой же смельчак, всё-таки, Абдулла Ренат Мухамметов. Я до этого сайта его больше нигде не читал, поэтому плохо его знаю. Но после небольшого гугления понял, что человек действительно давно изучает историю ислама в России, кандидатскую также защитил по схожей теме 8 лет назад. Прекрасный анализ достаточно сложной темы. У меня с ним позиции в многом сходятся.
      Разница есть, возможно не очень существенная, казалось бы, но для меня вполне определённая.
      Абдулла практически идеализировал руководство страны в вопросе строительства государственно-исламских отношений. Я считаю, что это не совсем правильно. К примеру, тот же Путин положил начало массовым запретам на местах на ношение хиджабов в школах. Да и допустил массу высказываний, не делающих чести высшему должностному лицу и свидетельствующих об элементарном отсутствии у человека достаточной информации. К примеру, высказывание о том, что хиджаб у нас типа никогда не носили. Или продолжающиеся заявления о поддержке традиционного ислама и не поддержке остального. Не лишён такого, так сказать, отношения к исламу и сам Абдулла Ринат Мухаммедов.

  2. (08.04.2015 01:46) #
    0

    Ваалейкум асссалям, брат 100. Насколько я понимаю Брат Абдулла Ринат Мухаметов является создателем сайта и одним из ответственных лиц за его функционирование. Поэтому он находится в положении, подобном положению "друга Галилея", который, как известно, "был Галилея не глупее, и знал, что вертится Земля, но у него была семья." У брата Рината тоже есть семья и ответственность за сохранность сайта.
    Но я не могу согласиться с вашими словами "Не лишён такого, так сказать, отношения к исламу(подобное путинскому???) и сам Абдулла Ринат Мухамметов." Это, конечно же не так, Я даже нахожу статью достаточно смелой по нынешним временам.
    В содержательном плане я не совсем согласен с тезисом , что доминирующей в отношении Ислам со стороны государства является политика сдерживания его развития. Да, такая политика имеет место быть, но на самом деле в России жестко и последовательно осуществляется стратегия подавления всего того, что мешает тотальной ассимиляции меньшинств. В первую очередь - подавление общественного сознание, Переформатированное общественное сознание подавляет и не допускает осмысленное восприятие не то чтобы позитивного образа Ислама, а даже незначительных фактов, свидетельствующих об истинном мусульманстве. Это стало возможным в результате реально проводимой государственной политики.
    Больше того - теперь государство( в лице своих чиновников) как бы отвечая на запрос общества, на его требование, начинает еще более усиливать свою антиисламсккю политику
    Иногда, обстоятельства меняют публичную риторику некоторых представителей власти, но не меняется вектор реальной политики жесткой ассимиляции.

    • (08.04.2015 05:14) #
      0

      Это ты уже через край хватил, брат Фидарис!

      НЕ ЯВЛЯЕТСЯ "создателем сайта" он, и даже "одним из ответственных лиц за его функционирование".

      Но определенный прогресс, в плане анализа, и смелости высказываний, налицо. Длинновато, поэтому галопом одолел, но, может, оно и к лучшему...