Арабы борются со своими режимами и мечтают о мусульманской демократии Эрдогана

В поисках модели своих будущих постдиктаторских государств, арабы обращают взоры на Турцию, где усилиями премьер-министра Эрдогана создан тип исламской демократии, обеспечившей ему репутацию самого популярного лидера региона.

Эрдоган дважды избирался на свой пост и возглавлял правительство в период экономического взлета, который утроил средние доходы турков, тогда как в Египте продолжался застой. Эрдоган переключил приоритеты внешней политики Турции с поисков западного покровительства на уверенную позицию американского военного союзника и кандидата в ЕС.

Популярность премьера распространилась на весь арабский мир, где в прошлом году согласно опросам Zogby International и университета Мэриленда, он оказался самым популярным политиком.

Оппозиционные лидеры в надежде получить власть, если правителям не удастся погасить народные протесты, также видят в Турции пример для подражания. Глава происламской партии Туниса, вернувшись из 22-летнего изгнания после свержения президента Зина Эль-Абидина Бен Али (Zine El Abidine Ben Ali), сказал, что его страна может соперничать с Турцией. Аналогичные доводы приводят лидеры оппозиционных движений, добивающихся отставки Хосни Мубарака и получения политических прав в монархической Иордании.

«Турция – модель для всех мусульманских партий, - говорит Казим Мезран (Kazim Mezran), профессор международных отношений университета Джона Хопкинса в Болонье, Италия. - Исламские партии в регионе говорят: “Мы хотим стать такими, как они”».

Предшественница правящей турецкой Партии справедливости и развития (AkP) была запрещена за подрыв светских устоев республики. Точно так же и египетские «Братья-мусульмане» и тунисская «Эннахда» были запрещены военными правителями, которые видят в них угрозу.

Демократы «не нашего типа»

США поддерживают таких правителей, как Мубарак, еще и потому что они обещают бороться с радикальным исламом. Американские политики, такие как сенатор-республиканец Джон МакКейн (John McCain), предостерегают, что нынешний кризис может привести к власти религиозные партии, которые не так уж сильно преданы идеалам демократии, как утверждают.

«В каждой из этих стран существует угроза радикально-исламистского влияния», - сказал МакКейн в недавнем интервью CNN. По его словам, «Братья-мусульмане» являются «огромной угрозой для демократии», потому что «того, кто выступает за законы шариата, нельзя назвать демократом нашего типа».

AkP пришла к власти после того, как репозиционировала себя как консервативная партия в стиле европейских христианских демократов и поставила перед собой задачу добиться экономического прогресса страны и ее членства в ЕС. За первые три квартала 2010 года рост турецкой экономики составил 8,9%. Международный валютный фонд назвал Турцию «одной из немногих стран Европы», которая «убедительно» превзошла докризисный уровень производства.

Различное состояние экономики

За восемь лет правления Эрдогана средний показатель роста составил 5%. В экономику страны вложено 80 миллиардов долларов прямых инвестиций, в том числе, это приобретения корпораций Citigroup Inc и Vodafone Group Plc.

Что касается фондового рынка, Египет при Мубараке казался инвесторам более предпочтительным своей стабильностью, чем Турция Эрдогана. Хотя при Эрдогане базовая цена турецких ценных бумаг увеличилась более чем в четыре раза (в долларовом измерении), египетский фондовый индекс EGX30 повысился более чем на 800%. Разумеется, это не имеет отношения к жизни народа в обеих странах.

При Эрдогане средний годовой доход возрос с 3,5 тысяч долларов до 10 тысяч. В Египте ВВП на душу населения практически не менялся: в 2009 году он составил 2160 долларов, поднявшись за двадцать лет на 5 долларов (данные МВФ).

2 февраля посол Турции в США Намик Тан (Namik Tan) дал интервью, в котором сказал, что его страна стабильна, потому что «мы подняли уровень жизни народа. Мы отвечаем на требования людей… Турция может быть примером для всех стран той же религии».

Египет: резкий спад

В этом году фондовый индекс Египта успел упасть на 21%, тогда как позиции Турции ухудшились на 2,7%. По данным агентства Bloomberg о ценах на кредитные дефолтные свопы, стоимость страхования турецких долговых обязательств поднялась на 24 базисных пункта, достигнув 164, тогда как в Египте они взлетели на более чем 150 пунктов достигнув 392.

За десятилетия до прихода AkP основной силой в Турции была армия, которая четырежды устраняла с должностей гражданскую администрацию. С 2002 года Эрдоган сокращает власть военных, ослабив их влияние в Национальном совете безопасности, и начинает расследования планировавшихся государственных переворотов, после чего ряд генералов попадает в тюрьму. Правительство получило более широкие полномочия при назначении судей, подорвав влияние судейского сословия, пытавшегося запретить AkP на почве того, что партия пытается ввести в стране шариат.

Оппоненты Эрдогана указывают на эти изменения, а также на то, что он пытается добиться отмены запрета носить исламский платок в высших учебных заведениях и ввести ограничения на продажу спиртного. Они считают это доказательствами того, что курс Эрдогана скорее религиозный, чем либеральный. Они часто цитируют слова нынешнего премьера, которые он произнес в 1990-х, будучи мэром Стамбула. Тогда он сказал, что демократия – «поезд, который везет туда, куда нужно, а потом можно сойти».

Недоверие

Как сообщило информационное агентство «Анатолия», 2 февраля лидер крупнейшей в Турции оппозиционной Республиканской народной партии Кемаль Кылычдароглу (Kemal Kilicdaroglu) обвинил Эрдогана в неискренности: то, что говорит AkP, «неискренне, и мы вообще не верим, что они искренни в вопросе демократии».

Глядя из стран Ближнего Востока, успех Турции выглядит даже еще более впечатляющим. В среду в Тунисе лидер оппозиции Рашид Ганнуши (Rachid Ghannouchi) сказал, что его страна в социальном и культурном отношениях «близка к Турции, ближе, чем к Ирану или Афганистану».

В Египте исламская оппозиция тоже равняется на Турцию

«При всяком удобном случае ”Братья-мусульмане” утверждают, что не хотят теократии по иранскому типу, а берут пример с AkP», - говорит директор Центра ислама, демократии и будущего мусульманского мира при Институте Хадсона Хиллель Фрадкин (Hillel Fradkin).

Один из лидеров «Братьев-мусульман» Бадр Мохамед Бадр (Badr Mohamed Badr) в телефонном интервью 3 февраля сказал, что его движение добивается создания «гражданской и демократической формы политического правления, которое уважало бы права и свободы человека, гарантировало гражданам более безопасную и благополучную жизнь и улучшило состояние экономики страны».

«Мы не стремимся создать религиозное государство», - сказал он.

Светильник и лампа

Ведущая исламская оппозиционная партия Марокко, имеет не только одинаковое с турецкой AkP название – Партия справедливости и развития – но и похожий символ: масляный светильник, тогда как у турков это лампа.

«Мы верим в то, что пример и модель Турции обещают успех», - говорит генеральный секретарь Исламского фронта действий – крупнейшего оппозиционного движения Иордании – Хамза Мансур (Hamzah Mansour). На этой неделе король Иордании Абдулла отправил в отставку правительство в ответ на требования народа бороться с бедностью.

Турецкие сериалы

Каналы турецкого влияния простираются и за пределы правительств, поскольку в арабские страны экспортируются турецкие товары и культура, говорит глава Института Ближнего Востока при Колумбийском университете в Нью-Йорке Рашид Халиди (Rashid Khalidi).

«Они едят турецкие продукты, смотрят турецкие сериалы, ездят в отпуск в Турцию, получают турецкие инвестиции», - говорит он.

Мурат Меркан (Murat Mercan) – глава комитета по иностранным делам турецкого парламента – утверждает, что популярность Эрдогана объясняется приверженностью партии к универсальным ценностям, а вовсе не ее целями.

«Партия не претендует на вмешательство во внутренние дела других стран», - сказал Меркан в телефонном интервью из Анкары.

«То, что мы делаем – хорошо для нашего народа… Если это вдохновляет другие страны – это их решение», - сказал он.

Турция консультирует некоторые арабские партии по вопросам демократической политики и будет продолжать это делать, сказал представитель министерства иностранных дел Сельчук Унал (Selcuk Unal). Так, должностные лица иракского шиитского движения Моктады аль-Садра в прошлом году изучали в Анкаре парламентскую процедуру, сообщил он.

«Конец эпохи»

В начале недели Эрдоган сказал, что Мубарак должен прислушаться к своему народу, потому что «эпоха правительств, которые стоят на позиции давления и репрессий, прошла».

Хотя Эрдоган спорил со США по поводу иранской ядерной программы и возмутил некоторых своих сторонников на Западе, осудив израильские атаки на палестинцев, Турция остается членом Организации Североатлантического договора и принимает участие в попытках США стабилизировать ситуацию в Афганистане.

Исламские движения региона учатся, подобно AkP, «управлять политическим процессом так, чтобы народ не чувствовал себя под угрозой», говорит Аластер Крук (Alastair Crooke), бывший посредник ЕС в переговорах с происламскими силами, ныне директор экспертного центра изучения политических конфликтов в Бейруте. «Они не собираются добиваться заметной или доминирующей позиции на следующем этапе, потому что не хотят “исламистской” или “террористической” революции».



0 комментариев