Обама готовится наказать Пакистан

Администрация Барака Обамы внесла чрезвычайное предложение в американский конгресс, предлагая поспешно снять семилетнее эмбарго на военную помощь Узбекистану в этом месяце.

Ограничения были впервые введены в 1974 году в ответ на предполагаемые нарушения в области прав человека в Узбекистане, таки е как массовые тюремные заключения, пытки и убийства в тюрьмах. После резни в Андижане в 2005 году США еще больше закрутили гайки в отношении узбекского режима.

Обама, преимущественно гуманист, остается безразличным к гневу различных правозащитных групп, включая Amnesty International, Институт религии и государственной политики (The Institute on Religion and Public Policy), Freedom House, Центр "Открытое общество" (Open Society Center), Human Rights Watch. Операция "Несокрушимая свобода" (Enduring Freedom) (как была обозначена возглавляемая США кампания в Афганистане) ведет американского президента к тому, чтобы заключать фаустовские сделки. Как заметил Сэлон, больше свободы для афганцем может означать меньше свободы для узбеков.

Попросту говоря, Вашингтон стремится подкупить Ташкент с целью усиления сотрудничества последнего со спонсируемой США Северной распределительной сетью (Northern Distribution Network – NDN), системой поставок из Европы в Афганистан. Узбекистан стал центром, через который идет до 80% поставок НАТО через NDN в Афганистан.

Эти поставки включают в себя и железнодорожные маршруты, ведущие в Узбекистан из балтийских портов через Россию, Белоруссию и Казахстан, воздушный путь из Инджирлика в Турции и окольный грузовой маршрут с базы НАТО в Гермерсхайме в Германии через Австрию, Венгрию, Румынию, Болгарию, Турцию, Грузию, Азербайджан, Казахстан, Киргизию и Таджикистан.

NDN гораздо более кружной и дорогой путь, чем маршруты через Пакистан – по некоторым оценкам, он в два-три раза дороже – но последние события в плане снятия ограничений на поставки американского вооружения в Узбекистан показывают, что Обама готовится заплатить большую цену просто ради уменьшения американской политической зависимости от Пакистана.

Обама ищет дружбы с узбекским руководством, и даже отклонил просьбу о встрече с пакистанским премьер-министром Юсуфом Резой Гилани (Yousaf Raza Gilani) на этой неделе в кулуарах Генеральной ассамблеи ООН в Нью-Йорке.

Учитывая, что это происходит вслед за едва замаскированными американскими угрозами начать неотступное преследование базирующейся в Пакистане группировки "Хаккани", которая является ключевым компонентом для возглавляемого талибами сопротивления в Афганистане, шаг Обамы приобретает особую значимость.

Возможно, у США нет иного выбора кроме как пойти на решительное столкновение с Пакистаном в ближайшем будущем, и вместо американо-пакистанских отношений должны быть подготовлены резервные механизмы – на случай, если Вашингтон и Исламабад окажутся в состоянии неприятной конфронтации.

Стив Левайн (Steve LeVine) писал в Foreign Policy на прошлой неделе, что США уже вдвое урезали объемы поставок, транспортируемых через Пакистан, одновременно соответствующим образом увеличив объемы перевозок по NDN. Последние китайские сообщения показывают, что США и НАТО обсуждают с Пекином альтернативные маршруты транспортировки через Синьцзян.

До настоящего времени основное беспокойство было связано с необходимостью сохранить поставки для войск США и НАТО в Афганистане. Сейчас возникают требования и "обратного потока", по мере того, как наращивается процесс вывода американских войск из Афганистана. Увеличение численности войск и количества оборудования для Афганистана уже закончилось, и теперь новой проблемой станет безопасным образом вывести войска и вывезти оборудование из этой страны.

История показывает, что уход иностранцев из Гиндукуша всегда становился более сложной задачей, чем собственно завоевание. Кое-кто полагает, что наиболее эффектной и захватывающей операцией советской армии в Афганистане был именно момент вывода войск в 1989 году после десяти лет пребывания в стране.

Словом, США сейчас нужно вести переговоры с каждой из стран, предоставляющих транзит для NDN, и заключить формальные соглашения об использовании этих маршрутов и для транспортировки в обратном направлении. Но самым важным в этом деле станет Узбекистан, и Ташкент определенно тоже это знает.

Война в Афганистане стала крайне прибыльным делом для узбекского режима. Доходы от предоставления различных товаров и услуг для американских и натовских войск и для восстановления Афганистана исчисляются сотнями миллионов долларов. Эндшпиль возбуждает аппетит узбекской элиты к оптимальному извлечению выгоды от войны.

Ташкент делает заявление о том, что он вызывает неудовольствие "Талибана" из-за своей роли в NDN, что может вызвать серьезные угрозы в области безопасности, и потому определенное количество американской несмертоносной военной помощи было бы полезным в данный момент. Но Ташкент не выходит за рамки разумного, он выставляет лишь скромное требование предоставления только "несмертоносных" изделий.

Вашингтон, возможно, знает, что это старая песня с узбеками, так как, и это весьма любопытно, никаких атак талибов на какие-либо узбекские интересы или активы до настоящего момента не было несмотря на расширение присутствия боевиков в районе Амударьи.

Вполне возможно, что Ташкент сохраняет по крайней мере некоторые каналы связи узбекской разведки, установленные в 1990-х годах, с парнями "Талибана" в Кабуле и Кандагаре. Присутствие узбекской разведки весьма значительно и в пределах Афганистана.

В прошлую среду несколько хорошо известных американских правозащитных групп в совместном письме обратились к американскому сенату в лице его подкомитета по государственным и зарубежным операциям и связанным с ними программам Комитета по ассигнованиям, выступив против шага администрации Обамы, предпринятого "в то время, когда узбекские власти продолжают принимать меры против активистов гражданского общества, независимых журналистов и всей политической оппозиции; жестко ограничивают свободу самовыражения и вероисповедания; и занимаются организацией принудительного детского труда в огромных масштабах".

Любопытно, что авторы петиции, в число которых вошли активные сторонники поддерживаемых США "цветных революций" в прошлом, ссылались на арабскую весну и отмечали, что "последние драматические события в Средней Азии и по всему Ближнему Востоку ясно говорят о том, что статусу Узбекистана как стратегического партнера для Соединенных Штатов нельзя позволять затмевать собой озабоченность по поводу ужасной ситуации с правами человека".

Крайне маловероятно, однако, что страстная мольба, связанная с правами человека, заставит администрацию Обамы отступить. Администрация сейчас льет воду на мельницу Пентагона, а Пентагон традиционно пользуется большим влиянием в американском конгрессе. Посреди безнадежной войны по вопросу, в рамках которого под угрозу может быть поставлена безопасность американских солдат, конгресс не собирается демонстрировать отказ от сотрудничества.

С другой стороны, Обама может извлечь определенный дипломатический рычаг, подчеркивая Ташкенту, что ему пришлось пойти на дополнительные меры, чтобы усилить американо-узбекское стратегическое партнерство. Другие авторитарные режимы в среднеазиатском регионе будут с завистью смотреть на президента Узбекистана Ислама Каримова, который ловко привел Обаму к прагматичным отношениям.

Им также хотелось бы быть "заинтересованной стороной" в вопросе о долгосрочном американском военном присутствии в Афганистане, о котором сейчас Вашингтон заканчивает договариваться с Кабулом.

Однако помимо мучений афганской войны и опасностей американо-пакистанского партнерства, Каримов в действительности также начинает занимать весьма высокое место в американской геостратегии. Его последняя политика старательно уводит Ташкент с орбиты влияния Москвы. Тут прежде всего стоит отметить его ведущую роль в блокировании усилий Москвы по превращению Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) в основного поставщика услуг в области безопасности в Средней Азии.

Каримов не появился на последнем саммите ОДКБ в Астане, в Казахстане, хотя заверил Москву, что будет там. Ташкент упрямо сопротивляется любой интервенционистской роли ОДКБ в Среднеазиатском регионе; а следовательно, альянс остается лишь "говорильней" между его членами – Арменией, Белоруссией, Казахстаном, Киргизией, Россией, Таджикистаном и Узбекистаном.

C другой стороны, пока ОДКБ остается слабой и недейственной, влияние Москвы в Средней Азии будет постепенно ослабевать, и это в свою очередь укрепит амбиции Ташкента в плане превращения в регионального гегемона. В общем, имеет место совпадение стратегических интересов Вашингтона и Ташкента постольку, поскольку ослабление ОДКБ идет на пользу НАТО в то время, когда западный альянс борется за расширение своего влияния в Средней Азии.

Посол М К Бхадракумар (M K Bhadrakumar) был кадровым дипломатом на индийской внешнеполитической службе. В списке его назначений фигурируют Советский Союз, Южная Корея, Шри-Ланка, Германия, Афганистан, Пакистан, Узбекистан, Кувейт и Турция.



1 комментариев


  1. Siberian
    (24.09.2011 21:24) #
    0

    "Ограничения были впервые введены в 1974 году" - что-то мне подсказывает, что в 74-м Узбекистан был частью СССР и никак не мог быть субъектом международного права.