Отец министра МВД: "Нас же атеистами воспитывали. Мы ими и остались"

В паспорте этого человека отсутствует отчество. Зато фамилия у него громкая. Он прошагал в погонах три десятка лет. И сейчас не растерял военную выправку и сохранил стальное рукопожатие. Знакомые зовут его Василием Ивановичем, но на самом деле он Гумар. Отец главного милиционера России откровенно рассказал корреспонденту "Известий" Юрию Николаеву о себе и о карьере младшего сына Рашида.

Известия: Гумар, интересно, почему вы выбрали для жительства Казань, а не Москву?

Гумар Нургалиев: Я ведь на родину вернулся. Хотя считаю себя без рода и без племени.

И: В каком смысле?

Гумар Нургалиев : Мужик я прямой и так скажу: отец подлецом оказался. Уехал из Татарии в Среднюю Азию, в Узбекистан на заработки. Потом зовет: "Приезжайте". И вдруг: стоп, не надо. Оказалось, женился по-новой. А мы, трое детей, остались с матерью. Деревенская женщина, безграмотная, она взяла нас, малолеток, - и туда. Поехать в такую даль, не зная языка, огромный риск. Но мама нас на ноги поставила. В 45 лет умерла, только война началась.

Стали хлебные карточки выдавать. А у меня даже метрики нет. Прошел медкомиссию для восстановления возраста. И сделали моей родиной Узбекистан, город Ургенч. Хотя родом я из Татарии.

А отца я не признавал и не признаю. И отчества у меня в документах нет. Это все время было камнем преткновения.

И: Знаю, жизнь вас помотала...

Гумар Нургалиев: Поколесил я по Союзу немало. Из Узбекистана поехал в Туркмению. Выучился в Ашхабаде на машиниста тепловоза. Окончил военное училище в Харькове. Заочно учился в Ленинграде в высшей школе МВД СССР. С женой познакомился в Казахстане. Работал там в спецкомендатуре.

И: Кто кого первым увидел?

Гумар Нургалиев: Обычно я начинал знакомство на танцплощадке. Был любителем вальсировать. Смотрю: стоят девчата. Одна приглянулась. Пригласил ее на танец…

Но родители Шадии противились нашему браку. Офицеры, мол, народ ненадежный, выпить не прочь. Тогда я сказал: "Тебе выбирать. Вечно с родителями жить не будешь. Выходи за меня". Она согласилась. И я вечером подъехал на санях, запряженных лошадьми. Такая мода была. Ну что у девушки есть? Узелок. А у меня - офицерская квартира. Кое-что из мебели у предшественника еще прикупил. Через девять месяцев после нашей женитьбы родился Радик. Был февраль 55-го. Раз после девяти месяцев первый сын на свет появился, значит, я честным оказался. Тогда же другие порядки были. И, значит, я - самый лучший зять. Родители моей Шадии, особенно отец, коммунист, расстарались, устроили хороший стол. А в октябре 56-го Рашид родился. Тоже в Кустанайской области, в городе Джетыгара.

Как я стал Василием Ивановичем

И: А как вы в Карелии оказались?

Гумар Нургалиев: Я до этого в Коми АССР служил. Нас же не спрашивали, направляли на новое место - и все. Вот перевели в Карелию, в Надвоицы. Это рабочий поселок на берегу Беломорканала. Приехал я туда в звании капитана, а уехал полковником. Начинал оперативником, завершил уже начальником колонии. Подчиненным своим повторял: "Осужденные - временно изолированные люди. Мы должны работать с ними честно и добросовестно. И относиться по-человечески. Если вы брезгуете этими людьми, лучше уходите". Так и служил, чтобы меня уважали.
Когда вышел на пенсию, поселился в Петрозаводске. В 98-м жена ушла в мир иной. Остался один. Завести семью не предполагал. Если бы я такой шаг сделал, то отдалил бы от себя детей.

А в Петрозаводске мои подчиненные живут. Узнали, что я один. Бутылку - в карман: "Василий Иванович, давай выпьем!" И отказать как-то совесть не позволяет. Чувствую, можно втянуться. И спиться к чертовой матери. До этого меньшой сын спрашивал: "Батя, может, тебе на родину перебраться?" Я тогда ответил: "Пока еще не созрел". А в такой ситуации дал согласие на переезд. Это был 2002 год. Квартиру в Петрозаводске старшему внуку, Владику, оставил. И в Казань уехал. Два чемодана, рюкзак и песик. Начал обживать новую квартиру.

Конечно, первый год было тяжко. Скучал по Карелии. Душа прямо тащила туда: столько там прожито, дети там выросли. А теперь привык.

Рашид сразу сказал: "Маму оставлять нельзя". Мы перезахоронили ее останки на Арском кладбище. По мусульманским обычаям.

И: Сами вы верующий?

Гумар Нургалиев: Нас же атеистами воспитывали. Мы ими и остались. Но, общаясь с мусульманами, невольно проникаешься обычаями.

И: А почему вас Василием Ивановичем называют?

Гумар Нургалиев: Перевели меня как-то в новое подразделение. Вхожу, сидит майор. Докладываю, что прибыл для дальнейшего прохождения службы. А он и так мою бумагу крутит, и так. "Слушай, капитан, - говорит, - как будем общаться? У тебя же отечество должно быть". И после выяснения предложил: "Давай назовем тебя Василием Ивановичем. Ты шустрый и подвижный". Вот с тех пор пошло-поехало.

И: Дети здесь, на новом месте, собирались?

Гумар Нургалиев: Старший сын, когда я в Татарстан перебрался, навестить меня приехал. Радик ведь тоже в погонах был, в 42 года на пенсию вышел. Повез его в мою родную деревню в Атнинском районе. Сыну там понравилось. "Батя, если бы ты дом поставил, я бы сюда переехал ", - говорит. Спрашиваю: "Ты на полном серьезе?" Он отвечает: "Да". Ну, я и купил в соседней Марий Эл сруб восемь на девять метров.

Начали строить. А меньшой, Рашид, еще не знал об этом. Однажды звонок по телефону. "Привет, батя! Как там нулевой цикл?" - хитро так интересуется. А я виду не подаю: "Ты о чем, сынок?" Но потом, конечно, признался: "Да уже крыша покрыта, а ты о нулевом цикле спрашиваешь".

Дом возвели. А Радик возьми да и передумай: "Мне понравилось, но переезжать не буду". Я его по "матушке" покрыл: "Ты что делаешь, это же не игрушки!" Следом Рашид приехал. "Не переживай, - говорит. - Сделаем этот дом родовым". У меня как гора с плеч. А дом хороший получился. Кухня большая. Сарай, баня, гараж есть. Чтобы было культурно, я беседку поставил.

"Стану генералиссимусом"

И: Сыновей в детстве было за что наказывать?

Гумар Нургалиев: Старшему доставалось. За учебу. Не выпускал его гулять. Правда, он иногда убегал из дома. Но потом получал от меня. Не руками, а словами. Меньшой поводов не давал. Спокойный был, тихий. Учился хорошо. Оба много читали.

Конечно, домашний очаг создает женщина. И воспитанием, в основном, занималась жена. Я утром на работу уехал - ребята еще спят, вечером приезжаю - они уже спят. Уделял им время только в выходные. Карелия - чудесные места. Душой отдыхаешь. И зимой, и летом выбирался на рыбалку, по грибы, по ягоды с сыновьями. Так и приучились.

Старался общаться с ними на равных, доходчиво все объяснял. Мужчина должен быть примером во всех отношениях. Чтобы дети видели, что отец им доверяет. Чувствовали, какие отношения сложились между родителями.

А вот сердечные тайны оба сына сначала маме открывали. Помню, Рашид съездил в Петрозаводск на Новый год, сходил на бал. Познакомился с Ритой, а она тогда училась только на третьем курсе пединститута. Мне ничего не сказал. Но матери сразу признался. И все - сразу жениться собрался.

И: Получается, Рашид тоже познакомился со своей будущей женой после танцев, как и вы?

Гумар Нургалиев: Получается, так. И старший сын, и младший на русских девушках женились.

И: К кому-то из своих детей вы питаете большую любовь?

Гумар Нургалиев: Знаете, я так никогда не подразделяю. У меня вон какая орава семейная: двое сыновей с женами, три внука и две внучки, две правнучки и правнук.

И: Так вы богатый наследниками дедушка...

Гумар Нургалиев: В этом смысле я не бедный. Все-таки в декабре мне 82 будет.

И: А выглядите лет на 60.

Гумар Нургалиев: Слежу за собой. Я ведь спортсменом был, штангой занимался. Всегда говорю: человек должен жить столько, пока сам может себя обслуживать. Зачем кому-то быть в обузу?

И: Рашид, глядя на вас, спортом увлекся?

Гумар Нургалиев: Да, он молодец в этом отношении. Еще в школе разряды по гимнастике имел, шайбу гонял. И по сей день форму спортивную держит. В хоккей играет. Вегетарианец. Ест только зелень, фрукты, овощи, "Бородинский" хлеб. Не курит. Ни капли спиртного.

Обратили внимание на чай? Всегда завариваю так: половина черного, половина зеленого. Кладу высший сорт зеленого в Средней Азии - 95-й. Рашид тоже любит такой. Ему из Самарканда доставляют.

"В нашей системе условия суровые"

И: Ваш сын в Петрозаводском университете получил редкую специальность "Рентген и металлофизика". Почему же он в чекисты подался?

Гумар Нургалиев: По моим стопам пошел. Я сначала в Харькове три года отучился. Училище называлось воинская часть 365. А нас именовали Бериевскими отпрысками. В то время Лаврентий Берия руководил Министерством госбезопасности. Правда, когда мы учились, его арестовали. Чтобы поступить туда, надо было за один день сдать экзамены по всем предметам. Сочинение, литературу, историю СССР, географию, Конституцию СССР. С перерывом только на обед.

Наверное, это было самое светлое время в моей жизни. Четырехразовое питание, обмундирование комсостава. В комнате по двое. Стипендия 500 рублей. Большие деньги по тем временам. Когда чувствуешь, что нужен государству, приятно. Учились старательно. Очень пригодилось в жизни. И потом - по службе.

Рашид после университета ко мне в Надвоицы приехал, устроился в вечернюю школу. Два года физику преподавал. Как-то завел разговор, что тоже хочет пойти по чекистской линии. Я не отговаривал, а просто сказал: "Условия суровые. Чтобы работать в нашей системе, нужны чистые руки, холодная голова и горячее сердце. Если этого в жизни не будет, нечего там делать".

Стал он работать в городском отдела КГБ в Костомукше, на границе с Финляндией. Однажды звонит: "Батя, меня приглашали на собеседование. Хотят послать в Ташкент, в Академию КГБ с последующим направлением советником в Афганистан". А там война. Жена и мать крик подняли. Ни в какую не хотят отпускать. Я тогда сказал: "Жизнь человеку дается однажды. Если что-то суждено, от этого никуда не денешься". И дал добро на поездку. Женщины на меня набросились: "Ты сына на смерть посылаешь! " Отбивался, как мог.

Рашид учится, а по телевизору объявляют, что 40-я армия выводится из Афганистана. Конец войне. Так что все само собой улеглось.

Вот он больше шести лет возглавляет министерство внутренних дел страны. И в царский период, и в советское время не было такого, чтобы руководитель МВД на второй срок шел. Соблазнов слишком много. А мой парень не подвел. Знаете, как только "желтая" пресса ни изголялась. И ничего. Хорошо, когда дети опережают отцов. Горжусь, что сын превзошел меня. Я полковник, а он - генерал армии. Еще когда в университете учился, часто повторял: "Буду генералиссимусом".

И: Как вы оцениваете превращение милиции в полицию?

Гумар Нургалиев: Давно пора. Брали в милицию всех подряд. А сейчас будут пропускать через сито. В конце концов, порядка добьются. И от ГАИ - тоже. Еду однажды. Останавливает инспектор. И начинает придираться. Не ко мне - к водителю. А я рядом сижу. Чувствую, гаишник деньги вымогает. Я поневоле вытащил свой документ. И сразу услышал извинения.

И: Часто ли видитесь с младшим сыном?

Гумар Нургалиев: В год раз-два, не больше. И то, если он в Казань приезжает. В Москву я выбираться уже не могу. Но меньшой - молодец. Куда бы ни выезжал, в какую командировку, обязательно звонит по телефону. Бывает, интересуется: "Батя, ну как я сегодня выступил?"

И: Что вы сыну советуете?

Гумар Нургалиев: Говорю: не руби с плеча. Не обязательно брать криком. Важно, чтобы руководителя уважали.

И сейчас не растерял военную выправку и сохранил стальное рукопожатие. Знакомые зовут его Василием Ивановичем, но на самом деле он Гумар. Отец главного милиционера России откровенно рассказал корреспонденту "Известий" Юрию Николаеву о себе и о карьере младшего сына Рашида.

Известия: Гумар, интересно, почему вы выбрали для жительства Казань, а не Москву?

Гумар Нургалиев: Я ведь на родину вернулся. Хотя считаю себя без рода и без племени.

И: В каком смысле?

Гумар Нургалиев : Мужик я прямой и так скажу: отец подлецом оказался. Уехал из Татарии в Среднюю Азию, в Узбекистан на заработки. Потом зовет: "Приезжайте". И вдруг: стоп, не надо. Оказалось, женился по-новой. А мы, трое детей, остались с матерью. Деревенская женщина, безграмотная, она взяла нас, малолеток, - и туда. Поехать в такую даль, не зная языка, огромный риск. Но мама нас на ноги поставила. В 45 лет умерла, только война началась.

Стали хлебные карточки выдавать. А у меня даже метрики нет. Прошел медкомиссию для восстановления возраста. И сделали моей родиной Узбекистан, город Ургенч. Хотя родом я из Татарии.

А отца я не признавал и не признаю. И отчества у меня в документах нет. Это все время было камнем преткновения.

И: Знаю, жизнь вас помотала...

Гумар Нургалиев: Поколесил я по Союзу немало. Из Узбекистана поехал в Туркмению. Выучился в Ашхабаде на машиниста тепловоза. Окончил военное училище в Харькове. Заочно учился в Ленинграде в высшей школе МВД СССР. С женой познакомился в Казахстане. Работал там в спецкомендатуре.

И: Кто кого первым увидел?

Гумар Нургалиев: Обычно я начинал знакомство на танцплощадке. Был любителем вальсировать. Смотрю: стоят девчата. Одна приглянулась. Пригласил ее на танец…

Но родители Шадии противились нашему браку. Офицеры, мол, народ ненадежный, выпить не прочь. Тогда я сказал: "Тебе выбирать. Вечно с родителями жить не будешь. Выходи за меня". Она согласилась. И я вечером подъехал на санях, запряженных лошадьми. Такая мода была. Ну что у девушки есть? Узелок. А у меня - офицерская квартира. Кое-что из мебели у предшественника еще прикупил. Через девять месяцев после нашей женитьбы родился Радик. Был февраль 55-го. Раз после девяти месяцев первый сын на свет появился, значит, я честным оказался. Тогда же другие порядки были. И, значит, я - самый лучший зять. Родители моей Шадии, особенно отец, коммунист, расстарались, устроили хороший стол. А в октябре 56-го Рашид родился. Тоже в Кустанайской области, в городе Джетыгара.

Как я стал Василием Ивановичем

И: А как вы в Карелии оказались?

Гумар Нургалиев: Я до этого в Коми АССР служил. Нас же не спрашивали, направляли на новое место - и все. Вот перевели в Карелию, в Надвоицы. Это рабочий поселок на берегу Беломорканала. Приехал я туда в звании капитана, а уехал полковником. Начинал оперативником, завершил уже начальником колонии. Подчиненным своим повторял: "Осужденные - временно изолированные люди. Мы должны работать с ними честно и добросовестно. И относиться по-человечески. Если вы брезгуете этими людьми, лучше уходите". Так и служил, чтобы меня уважали.
Когда вышел на пенсию, поселился в Петрозаводске. В 98-м жена ушла в мир иной. Остался один. Завести семью не предполагал. Если бы я такой шаг сделал, то отдалил бы от себя детей.

А в Петрозаводске мои подчиненные живут. Узнали, что я один. Бутылку - в карман: "Василий Иванович, давай выпьем!" И отказать как-то совесть не позволяет. Чувствую, можно втянуться. И спиться к чертовой матери. До этого меньшой сын спрашивал: "Батя, может, тебе на родину перебраться?" Я тогда ответил: "Пока еще не созрел". А в такой ситуации дал согласие на переезд. Это был 2002 год. Квартиру в Петрозаводске старшему внуку, Владику, оставил. И в Казань уехал. Два чемодана, рюкзак и песик. Начал обживать новую квартиру.

Конечно, первый год было тяжко. Скучал по Карелии. Душа прямо тащила туда: столько там прожито, дети там выросли. А теперь привык.

Рашид сразу сказал: "Маму оставлять нельзя". Мы перезахоронили ее останки на Арском кладбище. По мусульманским обычаям.

И: Сами вы верующий?

Гумар Нургалиев: Нас же атеистами воспитывали. Мы ими и остались. Но, общаясь с мусульманами, невольно проникаешься обычаями.

И: А почему вас Василием Ивановичем называют?

Гумар Нургалиев: Перевели меня как-то в новое подразделение. Вхожу, сидит майор. Докладываю, что прибыл для дальнейшего прохождения службы. А он и так мою бумагу крутит, и так. "Слушай, капитан, - говорит, - как будем общаться? У тебя же отечество должно быть". И после выяснения предложил: "Давай назовем тебя Василием Ивановичем. Ты шустрый и подвижный". Вот с тех пор пошло-поехало.

И: Дети здесь, на новом месте, собирались?

Гумар Нургалиев: Старший сын, когда я в Татарстан перебрался, навестить меня приехал. Радик ведь тоже в погонах был, в 42 года на пенсию вышел. Повез его в мою родную деревню в Атнинском районе. Сыну там понравилось. "Батя, если бы ты дом поставил, я бы сюда переехал ", - говорит. Спрашиваю: "Ты на полном серьезе?" Он отвечает: "Да". Ну, я и купил в соседней Марий Эл сруб восемь на девять метров.

Начали строить. А меньшой, Рашид, еще не знал об этом. Однажды звонок по телефону. "Привет, батя! Как там нулевой цикл?" - хитро так интересуется. А я виду не подаю: "Ты о чем, сынок?" Но потом, конечно, признался: "Да уже крыша покрыта, а ты о нулевом цикле спрашиваешь".

Дом возвели. А Радик возьми да и передумай: "Мне понравилось, но переезжать не буду". Я его по "матушке" покрыл: "Ты что делаешь, это же не игрушки!" Следом Рашид приехал. "Не переживай, - говорит. - Сделаем этот дом родовым". У меня как гора с плеч. А дом хороший получился. Кухня большая. Сарай, баня, гараж есть. Чтобы было культурно, я беседку поставил.

"Стану генералиссимусом"

И: Сыновей в детстве было за что наказывать?

Гумар Нургалиев: Старшему доставалось. За учебу. Не выпускал его гулять. Правда, он иногда убегал из дома. Но потом получал от меня. Не руками, а словами. Меньшой поводов не давал. Спокойный был, тихий. Учился хорошо. Оба много читали.

Конечно, домашний очаг создает женщина. И воспитанием, в основном, занималась жена. Я утром на работу уехал - ребята еще спят, вечером приезжаю - они уже спят. Уделял им время только в выходные. Карелия - чудесные места. Душой отдыхаешь. И зимой, и летом выбирался на рыбалку, по грибы, по ягоды с сыновьями. Так и приучились.

Старался общаться с ними на равных, доходчиво все объяснял. Мужчина должен быть примером во всех отношениях. Чтобы дети видели, что отец им доверяет. Чувствовали, какие отношения сложились между родителями.

А вот сердечные тайны оба сына сначала маме открывали. Помню, Рашид съездил в Петрозаводск на Новый год, сходил на бал. Познакомился с Ритой, а она тогда училась только на третьем курсе пединститута. Мне ничего не сказал. Но матери сразу признался. И все - сразу жениться собрался.

И: Получается, Рашид тоже познакомился со своей будущей женой после танцев, как и вы?

Гумар Нургалиев: Получается, так. И старший сын, и младший на русских девушках женились.

И: К кому-то из своих детей вы питаете большую любовь?

Гумар Нургалиев: Знаете, я так никогда не подразделяю. У меня вон какая орава семейная: двое сыновей с женами, три внука и две внучки, две правнучки и правнук.

И: Так вы богатый наследниками дедушка...

Гумар Нургалиев: В этом смысле я не бедный. Все-таки в декабре мне 82 будет.

И: А выглядите лет на 60.

Гумар Нургалиев: Слежу за собой. Я ведь спортсменом был, штангой занимался. Всегда говорю: человек должен жить столько, пока сам может себя обслуживать. Зачем кому-то быть в обузу?

И: Рашид, глядя на вас, спортом увлекся?

Гумар Нургалиев: Да, он молодец в этом отношении. Еще в школе разряды по гимнастике имел, шайбу гонял. И по сей день форму спортивную держит. В хоккей играет. Вегетарианец. Ест только зелень, фрукты, овощи, "Бородинский" хлеб. Не курит. Ни капли спиртного.

Обратили внимание на чай? Всегда завариваю так: половина черного, половина зеленого. Кладу высший сорт зеленого в Средней Азии - 95-й. Рашид тоже любит такой. Ему из Самарканда доставляют.

"В нашей системе условия суровые"

И: Ваш сын в Петрозаводском университете получил редкую специальность "Рентген и металлофизика". Почему же он в чекисты подался?

Гумар Нургалиев: По моим стопам пошел. Я сначала в Харькове три года отучился. Училище называлось воинская часть 365. А нас именовали Бериевскими отпрысками. В то время Лаврентий Берия руководил Министерством госбезопасности. Правда, когда мы учились, его арестовали. Чтобы поступить туда, надо было за один день сдать экзамены по всем предметам. Сочинение, литературу, историю СССР, географию, Конституцию СССР. С перерывом только на обед.

Наверное, это было самое светлое время в моей жизни. Четырехразовое питание, обмундирование комсостава. В комнате по двое. Стипендия 500 рублей. Большие деньги по тем временам. Когда чувствуешь, что нужен государству, приятно. Учились старательно. Очень пригодилось в жизни. И потом - по службе.

Рашид после университета ко мне в Надвоицы приехал, устроился в вечернюю школу. Два года физику преподавал. Как-то завел разговор, что тоже хочет пойти по чекистской линии. Я не отговаривал, а просто сказал: "Условия суровые. Чтобы работать в нашей системе, нужны чистые руки, холодная голова и горячее сердце. Если этого в жизни не будет, нечего там делать".

Стал он работать в городском отдела КГБ в Костомукше, на границе с Финляндией. Однажды звонит: "Батя, меня приглашали на собеседование. Хотят послать в Ташкент, в Академию КГБ с последующим направлением советником в Афганистан". А там война. Жена и мать крик подняли. Ни в какую не хотят отпускать. Я тогда сказал: "Жизнь человеку дается однажды. Если что-то суждено, от этого никуда не денешься". И дал добро на поездку. Женщины на меня набросились: "Ты сына на смерть посылаешь! " Отбивался, как мог.

Рашид учится, а по телевизору объявляют, что 40-я армия выводится из Афганистана. Конец войне. Так что все само собой улеглось.

Вот он больше шести лет возглавляет министерство внутренних дел страны. И в царский период, и в советское время не было такого, чтобы руководитель МВД на второй срок шел. Соблазнов слишком много. А мой парень не подвел. Знаете, как только "желтая" пресса ни изголялась. И ничего. Хорошо, когда дети опережают отцов. Горжусь, что сын превзошел меня. Я полковник, а он - генерал армии. Еще когда в университете учился, часто повторял: "Буду генералиссимусом".

И: Как вы оцениваете превращение милиции в полицию?

Гумар Нургалиев: Давно пора. Брали в милицию всех подряд. А сейчас будут пропускать через сито. В конце концов, порядка добьются. И от ГАИ - тоже. Еду однажды. Останавливает инспектор. И начинает придираться. Не ко мне - к водителю. А я рядом сижу. Чувствую, гаишник деньги вымогает. Я поневоле вытащил свой документ. И сразу услышал извинения.

И: Часто ли видитесь с младшим сыном?

Гумар Нургалиев: В год раз-два, не больше. И то, если он в Казань приезжает. В Москву я выбираться уже не могу. Но меньшой - молодец. Куда бы ни выезжал, в какую командировку, обязательно звонит по телефону. Бывает, интересуется: "Батя, ну как я сегодня выступил?"

И: Что вы сыну советуете?

Гумар Нургалиев: Говорю: не руби с плеча. Не обязательно брать криком. Важно, чтобы руководителя уважали.



0 комментариев