Дагестанцу-инвалиду дали четыре года тюрьмы

В Советском районном суде Ставропольского края в прошлую пятницу, 31 января, завершился судебный процесс над уроженцем Дагестана Магомедом Газимагомедовым, которому инкриминировались хранение наркотиков (часть 1 статьи 228 УК РФ) и оружия (часть 1 статьи 222 УК РФ) и угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (часть 1 статьи 119 УК РФ). Судья Людмила Швец признала подсудимого виновным по всем статьям и приговорила его к четырем годам в колонии общего режима и штрафу в пять тысяч рублей.

Возможно, этот процесс не представлялся бы примечательным, если бы не некоторые обстоятельства возбуждения и рассмотрения в суде данного уголовного дела.

Магомед Газимагомедов, выходец из Цумадинского района Дагестана, в последнее время проживающий в Ставропольском крае, — один из отцов-мусульман, активно отстаивавших права своих дочерей на ношение платков в общеобразовательных школах региона еще до принятия федерального закона об обязательной школьной форме. Можно сказать, что этот закон (по сути, о запрете хиджабов в школах отдельных регионов России) как раз и был принят именно с «раскрутки» ситуации по Ставропольскому краю.

И случайны ли совпадения, когда в этом субъекте федерации в отношении уже нескольких мусульман (в том числе и выступавших за хиджаб) возбуждаются дела именно по 228 (незаконное хранение наркотиков) и 222 (незаконное хранение оружия) статьям Уголовного кодекса?

А в случае с Газимагомедовым имели место и дополнительные обвинения по двум эпизодам, квалифицировавшимся по статье 119 (угроза убийством); обвинения эти были предъявлены по заявлениям якобы потерпевших, поданным через полтора месяца после происшедшего бытового конфликта (через две недели после возбуждения дела по «основным» статьям). Причем тогда Газимагомедов, инвалид 2-й группы, на костылях защищался от претензий потерпевших, находившихся в состоянии алкогольного опьянения, чему был непосредственным свидетелем участковый уполномоченный полиции, посчитавший случившееся бытовой ссорой и не принявший на тот момент мер реагирования (и даже не допрошенный органами следствия по этим внезапно «возникшим» эпизодам).

И чем объяснить интерес, проявленный к Газимагомедову Управлением ФСБ России и Центра по противодействию экстремизму МВД России по Ставропольскому краю, — ведь именно по материалам их «оперативной работы» были возбуждены уголовные дела по этим не совсем свойственным их работе статьям?

Корреспондент «НД» смог принять участие в судебных заседаниях, выступить в качестве защитника и получить возможность ознакомиться с материалами уголовного дела.

Нужно отметить, что непосредственное ознакомление даже с частью материалов дела и участие в процессе не с самого начала вызвали справедливые сомнения в обоснованности предъявленных обвинений и законности получения доказательств. Не вдаваясь во все подробности и не проводя полного исследования имеющихся в деле доказательств, собранных с нарушениями установленного порядка, отметим лишь немногое. А именно:

— решение о «разработке» Газимагомедова принималось на уровне руководства правоохранительных органов края задолго до возбуждения уголовных дел;

— одним из понятых при проведении обыска дома у Газимагомедова ранним, около 6 часов, утром 30 мая 2012 года выступал «по совпадению» сын сотрудника полиции, работающего в том же отделе, что и отдельные сотрудники, проводившие обыск;

— на самом протоколе обыска отсутствуют не только подпись Газимагомедова, якобы «не имеющего замечаний, отказавшегося от подписи и от получения протокола», но и подписи понятых, которыми должен был быть подтвержден «отказ» Газимагомедова;

— жена Газимагомедова Елена Синяева и их дочь Таисия были свидетелями подкидывания и «обнаружения» наркотиков и оружия в доме, а в автомобиле — гашишного масла в смеси массой 5,79 граммов и травматического пистолета, переделанного в боевой, с шестью патронами;

— отпечатки пальцев, обнаруженные на изъятых предметах преступного оборота, были предварительно сняты на «скотч» у поваленного на пол СОБРом Газимагомедова, затем перенесены на эти предметы — и «обнаружены» экспертом.

После того как «доказательства» были получены (пусть и с нарушениями), делом техники было провести по ним необходимые экспертизы, оформить их документально и «закрепить» их в уголовном деле.

А то, что оперативная видеосъемка проведенного обыска, которая могла подтвердить нестыковки в показаниях оперативных сотрудников на судебном заседании, была «утрачена» — так это тоже «дело техники». Тем более что смонтированный материал с отдельными кадрами этой видеосъемки (и ловко вклеенными «вставками») уже прошел по Ставропольскому ТВ, хотя, как утверждал оператор-сотрудник, «никому видеоматериал не передавался».

И это только немногие «элементы» дела.

После того как были рассмотрены материалы дела, заслушаны свидетели, стороны обвинения и защиты выступили в прениях, старший помощник прокурора Советского района Ставропольского края Владислав Крыжановский, выступающий в процессе на стороне государственного обвинения, попросил у суда назначения наказания Газимагомедову по совокупности в виде пяти лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима и 50 тысяч рублей штрафа. Адвокат Газимагомедова Ризабек Аджакаев в своем выступлении просил суд решить, имеется ли в действиях подсудимого состав преступлений, предоставлены ли стороной обвинения доказательства, достаточные для вынесения обвинительного приговора, и являются ли эти доказательства объективными, достоверными и безупречными с точки зрения требования уголовно-процессуального закона. Автор, выступивший защитником Газимагомедова в части процесса, просил суд критически отнестись к оценке доказательств, собранных с нарушением установленного порядка, оценить неустраненные сомнения в совершении Газимагомедовым вменяемых ему деяний, установить истину по делу и принять решение об оправдании. Сам подсудимый выступил в прениях и с последним словом с заявлениями о своей невиновности и сфабрикованности дела.

Могла ли судья Людмила Швец вынести оправдательный приговор? Или, исходя из своих внутренних убеждений о виновности подсудимого, приняла решение об осуждении Газимагомедова по всем статьям с чуть более мягким, чем просил прокурор, наказанием, не имея возможности назначения иного наказания?

Так или иначе, сторона защиты собирается обжаловать данный приговор.



7 комментариев


  1. (07.02.2014 21:41) #
    4

    Да накажет Аллах Всевышний этих нечестивцев за их ложь, за их клевету, за их издевательства над мусульманами самым суровым наказанием! Аминь!

  2. (07.02.2014 22:07) #
    3

    Прошу Аллаха сжечь в самом страшном огне этого мира всех фсб-шников и прочих, причастных к несправедливым преследованиям людей, за то, что они говорят: "Наш Бог - Единый Бог, и наш пророк - Мухаммад(САС)"! И сжигать их вечно в последней жизни в страшнейших мучениях!

  3. (08.02.2014 14:33) #
    2

    Приговор конечно надуманный, но при совокупности того что "нашли", в принципе то еще мягкий. Я как человек, который знает ситуацию в этом районе, могу сказать что со слов проживающих в этом районе мусульман, Газимагомедов не был конечно примерным мусульманином, да ходил в мечеть, но образ жизни далеко не соответствовал исламским принципам, здесь и курение и алкоголь и слишком крайние взгляды. При этом всем, лишать свою дочь образования, слишком рано одев на нее хиджаб, думаю является чуть перебором. Даже если это был выбор дочери, при той реакции которое это вызвало у окружающих, нужно было объяснить, что еще это рановато, вот в классе 7-8 будет самый раз! А про директоров что говорить, когда даже в дагестане они встают в дыбы увидев ученицу в хиджабе. Но, а учитывая то, как власть борется с неугодными, то бороться с системой, нужно как минимум хорошо подготовившись. А Газимагомедову желаю стойкости в тех испытаниях которые на него выпали.

    • (09.02.2014 01:21) #
      1

      Rasdag. Я с тобой не согласен в одном вопросе.Ты говоришь,что девушке надо одеть хиджаб в 7-8 классе. Это ей сколько лет будет? 14-15 лет? Ну ты даешь,браток. Девушку пора уже замуж выдавать, а ты её будешь учить хиджаб одевать.Смешно,брат.Смешно. а ты знаешь,что пророк(САВ) велел родителям,чтобы они учили детей молитве в 7 лет,а если в 10 лет они будут оставлять молитву,то несильно шлепать их? И это касается также и хиджаба девушек в том числе.Понятно?

  4. (11.02.2014 12:37) #
    0

    \Могла ли судья Людмила Швец вынести оправдательный приговор? \

    Нет, могла. Так как это было, я думаю, заказ руководства страны во главе с Путиным. Он неоднократно и очень жестко высказываясь о хиджабе по ТВ, тем самым можно сказать направил и подтолкнул "правоохранительные" органы действовать против конституции РФ.

    Конституция РФ, Статья 28

    Cтатья 28
    Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними.

  5. (11.02.2014 13:16) #
    0

    Такая унизительная эта процедура "расхиджабивания" школьниц. Собирали педсовет, вызывали родителей вместе со школьницей, и ребенок, несколько лет носящий хиджаб ради Аллаха, должен был снять с себя его, перед десятком расфуфыренных, сидящих нога на ногу, педагогами. Угроза комиссией по борьбе с экстремизмом, в случае отказа приходить без хиджаба в школу, с одной стороны, а с другой, заявлением в прокуратуру, о нарушении права на образование ребенка, родителями. И все это прикрывается завесой равенства детей в светском обществе-утопия, построенная на обмане.

  6. (11.02.2014 13:20) #
    1

    Люди не прогибающиеся под эту светскую систему, вопреки норм предписанных Творцом, вызывают уважение.