Премьер - всем пример

Его называют «архитектором малазийского чуда» и «своевольным диктатором», «малайским ультра» и «одержимым реформатором», «гуманным творцом новой нации» и «нетерпимым упрямцем». Все эти взаимоисключающие эпитеты принадлежат людям, хорошо знающим Махатхира Мухаммада. А наш обозреватель Абдулла Ринат Мухаметов увидел в легендарном премьере «глобального эффективного менеджера», того самого, которого так не хватает исламскому миру сегодня.

Махатхир не просто превратил периферийную страну в «азиатского тигра», которому США в конце 90-х безуспешно пытались «удалить зубы».Его можно поставить в один ряд с Джорджем Вашингтоном, Ясиром Арафатом, Нельсоном Манделой и Алией Изетбеговичем, с теми, без кого появление целого народа было бы, по меньшей мере, проблематичным.

Д-ра Мухаммада без преувеличения можно назвать архитектором внутренней и внешней политики Малайзии, оформившейся в самобытную и целостную доктрину национального развития. Разработанные при его личном участии экономические и социально-политические модели оказались чрезвычайно эффективными.

В конце 90-х, во время «великого азиатского кризиса», который нарушил поступательное развитие страны, он проявил быстрое кризисное реагирование и вопреки рекомендациям Международного валютного фонда реализовал свою, альтернативную, модель. Под шквалом критики как внутри, так и особенно во вне, премьер выстоял и, к удивлению многих, победил. В итоге даже Запад отметил его престижной премией ЛАРИБА.

На всех этапах развития страны Махатхир выступал как блестящий тактик – высокий мастер нахождения оптимальных решений при соблюдении баланса интересов различных социальных групп, и принципиальный стратег – кормчий своей страны на пути в неоиндустриальную эру.

До сих пор, спустя многих лет после его ухода из власти, Малайзия развивается в соответствии махатхировской «Перспективой – 2020». К этому году бывший премьер обещал сделать страну высокоразвитой державой с «новаторским обществом, которое бы не только потребляло технологии, но и вносило бы свой вклад в формирование цивилизации будущего».

Политический рекордсмен

Махатхир родился в 1925 году в отдаленном Кедахе. Он был 9 ребенком в семье школьного учителя, выходца из южной Индии. Мухаммад получил хорошее образование в английской школе, но у себя на родине, а не в метрополии, коей тогда была Британия.

Махатхир заинтересовался политикой еще в школе. Тогда же начал публиковаться в прессе. Он заявляет себя либералом с умеренно левыми взглядами на экономику и малайским националистом. В 1969 г. его даже исключают из правящей партии за обвинения руководства страны в предательстве интересов коренного населения.

Интересно, какие исторические фигуры с детства вдохновляли Махатхира. В его странный список попали – Ататюрк, наш Петр Великий, президент Индонезии Сукарно и, конечно, Пророк Мухаммад (мир ему).

Д-р Мухаммад прошел все ступени политика, управленца и хозяйственника – был и депутатом, и сенатором, и министром. Возглавил правительство в 1981 и оставался у руля почти до 2004 г.

Малазийский лидер - один из долгожителей-рекордсменов на мировом политическом Олимпе. Он отдал государственной деятельности 60 лет жизни. При нем коренные жители вернули себе свою страну, а сама она нашла свое место в мире.

Махатхир и семеро детей

Д-р Мухаммад - образцовый семьянин. У него 7 детей. Жена Сити Хасмах – известный общественный деятель.

Премьер своим примером показал, что если коренные жители не будут расти численно, то перспектив у них на своей земле нет, даже если они получат всяческую поддержку властей. При нем демография вошла в число государственных приоритетов. Так малайцы ответили на острейшую проблему, порожденную миграционной политикой британского колониализма.

Из Малайзии с любовью…

До Махатхира Малайзия, ассоциировалась лишь с непроходимыми джунглями, болотами, изнурительным трудом местного населения на рудниках и плантациях. Собственно говоря, страна до сих пор лидерствует в экспорте каучука и пальмового масла. Но при этом она стала мощной индустриальной державой с наукоемкой экономикой, способной противостоять диктату Запада. Под руководством премьера Малайзия превратилась в один из мировых центров по производству компьютеров, электроники и разработки новейших технологий. Символ ее успехов – вошедшие в Книгу Гинесса 88-этажные башни нефтяного гиганта «Петронас» - знает весь мир.

Едва ли уместны избитые стереотипы о развивающейся стране третьего мира, какой еще четверть века назад была Малайзия, когда знакомишься с реальными цифрами. 80% ее экспорта – продукция обрабатывающей промышленности, 2/3 стоимостного объема экспорта – электроника . Чуть ли каждый третий электроприбор, продающийся в России, - сделан в Малайзии.

Кстати сказать, «электронное правительство», над которым бьются у нас уже который год, в Малайзии - давно никого не удивляющие будни. Оно разместилось в новой столице Путрачжайе – футуристическом городе-саде, живущем по законам кибернетического права. А своя силиконовая долина – Сайберджая – появилась в Малайзии аж в 1999 г. О нашем Сколково в этой связи вспоминать даже как-то не удобно.

Снятое проклятие

Махатхиру досталось тяжелое наследство. Несмотря на то, что в стране были определенные ресурсы для процветания, груз проблем тащил ее вниз, туда, где сейчас пребывают многие failed states. Коренное население – малайцы-мусульмане – составляли в середине XX в. на своей земле абсолютное меньшинство (43%). Более того, на момент обретения независимости от Британии в 1957 г. они являлись самой отсталой частью населения.

Малайцы в основном жили на селе, занимались примитивным трудом, будучи скованными феодальными и патриархальными путами. Наверху социальной пирамиды (как в экономике, так и в политике) с уходом британцев оказались китайцы, ниже расположились индусы. Так потомки гастарбайтеров, которых из более капиталистически развитых регионов массово завозили британцы для работы на колониальных предприятиях, стали хозяевами своей второй родины.

Естественно китайцы и индусы, представители древних и самодостаточных цивилизаций, не хотели «растворяться в малайской среде», как советовали им умывающие руки британцы. С другой стороны, коренные жители требовали своего. Так, у независимой Малайзии появилась «ключевая проблема и проклятие», как назвал ее Махатхир. Страну захлестнули конфликты и погромы, национал-экстремизм рос со всех сторон, разделенное общество раскалывалось окончательно.

Однако инстинкт самосохранения все же возобладал. Выход был найден. Ислам провозгласили государственной религией, а малазийский язык – единственно официальным. Но не это главное. Конституционно был оформлен межобщинный компромисс, согласно которому вводилась частичная «позитивная» дискриминация немалайцев в обмен на соблюдение коренными жителями их деловых интересов.

На основе этого позже создали правящий альянс – ОМНО, включивший в себя элиту всех трех общин. «Малайзия рано осознала, что все три расы должны быть представлены во власти, но сохраняя при этом свою сущность», - описал конструкцию Махатхир. При нем данная политика, успешно пройдя межобщинный кризис 1969 г., получила логическое развитие. Необходимость в «позитивной дискриминации» просто отпала, т.к. малайцы со временем встали вровень с остальными. Сбывается мечта малазийских либералов, которые, закладывая новое государство, говорили о превосходствах меритократии (власти достойнейших) перед этнократией (власти этнических общин). Собственно Махатхир и есть этот самый меритократ.

Исламист поневоле

В 70-80 гг. Малайзию затронул глобальный процесс Мусульманского возрождения. Начался бурный религиозный рост. Прямое сопротивление т.н. исламизму означало бы политическое самоубийство. И премьер делает «ход конем»: он сам возглавляет это движение и направляет его в конструктивное русло.

Д-р Мухаммад всегда подчеркивал свою принадлежность к Исламу, но особой религиозностью никогда не отличался. К середине 80-х он получает легитимность в глазах верующих. Махатхир открывает Международный исламский университет, один из лучших в мире и поныне, и Исламский банк. В школах, включая индийские и китайские, принимаются изучать историю мусульманской цивилизации. Но главное – Махатхир внезапно инкорпорирует в элиту молодых исламистов. Самый яркий из вчерашних критиков «безбожной политики» премьера – Анвар Ибрагим – становится вице-премьером и даже считается неофициальным преемником главы государства. Многим решение протежировать амбициозного оппозиционера в ущерб другим политикам не понравилось сразу.

В результате мудрости «светского исламиста» Малайзия не знает острых религиозно-политических проблем, которые сотрясают другие мусульманские страны до сих пор. Д-р Мухаммад придал исламизму лоск технократизма. Заставил мир поверить, что «эффективными менеджерами» могут быть люди, совершающие намаз. Во многом заслуга того, что значительная часть мусульманского политического движения открыла для себя современный мир с его достижениями, перестав искать рецепты спасения исключительно в средневековых письменах и утопиях глобального противостояния всем окружающим, принадлежит Махатхиру.

Демократия из рук автократа

С 1998 г. Анвар Ибрагим, превратившийся под руководством Махатхира из молодого радикала в респектабельного политика и талантливого финансиста, переходит в наступление. Он прямо предлагает премьеру повторить путь индонезийского коллеги Сухарто, т.е. уйти от власти. «Вундеркинда исламизма», интеллектуала и любимца прессы поддерживает Запад и малазийская молодежь. Ему вторят все противники жесткой, доходящей до авторитаризма, политики премьера. Махатхира, сыновья и приближенные которого развернули в стране большой бизнес, упрекают в коррупции, а созданному им «капитализму друзей» или «махатхирономике» предрекают крах под волнами надвигающегося экономического кризиса.

Схватка титанов заканчивается арестом Ибрагима по сфабрикованному делу. До сих пор этот легендарный политик не может восстановить свои позиции. А Махатхир в итоге так и не нашел себе достойного преемника. Он долго не мог уйти от власти, откровенно признавая, что не видит человека, которому может доверить страну.

Новым премьером стал Абдулла Бадави. Ничем выдающимся он не запомнился. Однако доказала эффективность система, созданная Махатхиром. Она и сейчас добротно служит без его «ручного управления».

Несмотря на все риски, д-р Мухаммад отказался от власти сам. Он предпочел быть патриархом малазийской политики и славу быть вписанным в ее историю с большой буквы, роли пожизненного премьера или серого кардинала. Будучи по натуре автократом, Махатхир привел свою страну к демократии и плюрализму. Так, Малайзия избежала революций или участи загнивающих режимов, архитекторы которых обнуляют в итоге все свои достижения.

Обвинения в диктаторских замашках всегда сопровождали Махатхира. Они не лишены оснований. Тот же Ибрагим говорил: «Многие считают доктора нетерпимым, упрямым деспотом». Но он же предлагал признать, что тот «действительно превосходит познаниями и умением всех своих министров».

Националист-мультикультуралист

Национализм Махатхира – не совсем понятен в России. Его идея – служение своему народу, а не обеспечение иллюзий превосходства над соседями. Цель - благосостояние нации, решение конкретных проблем страны, а не имперские приобретения. Поэтому в 1965 г. он активно поддержал отторжение Сингапура, малайской территории на 80% заселенной китайцами, считая, что это – «слишком большой кусок, чтобы мы могли его проглотить».

Точно также он всегда был против популярных в мусульманской среде идей объединения Малайзии с близкой ей Индонезией. Никогда Махатхир не выказывал амбиций даже в отношении нефтеносного Брунея, мало отличающегося от штатов Малайзии. Он считал, что нельзя никому навязывать неугодный им путь, а самим надо искать собственное место в мире.

Махатхир поставил перед собой задачу: коренное перевоспитание малайской общины. Он решил интегрировать людей, все еще не избавившихся от архаичных форм жизни и сознания, в новый жестокий остроконкурентный мир, опираясь при этом на восприятие ими китайского прагматизма, дисциплины у индусов, и на умение тех и других ценить время и полагаться только на самих себя.

Как это ни странно, но именно националист построил в Малайзии сбалансированное мультикультурное общество.

Пусть весь мир подождет

Махатхир резко активизировал внешнюю политику страны. Реанимировал Движение неприсоединения, которое уже ушло в историю вместе с Холодной войной. Сделал акцент на Организации исламской солидарности, предлагая различные проекты межгосударственной экономической интеграции. В 2000 ОИС назвала Малайзию «образцом для всех мусульманских стран», а Махатхира – примером государственного деятеля.

Но особое место он уделил Азиатско-Тихоокеанскому региону. Премьер провозгласил, что АСЕАН должна стать одним из центров силы в многополярном мире. Более того, по его мнению, «европейские ценности – это европейские ценности, а азиатские ценности – это ценности общечеловеческие». Махатхир также последовательно выступал за развитие отношений сначала с СССР, потом с Россией. Первый малазиец, кстати, улетел за пределы Земли на нашем корабле.

Но при этом внешняя политика никогда не считалась его «любимой игрушкой». Всегда она была подчинена главной цели – обеспечению внутреннего роста и защите экономики страны, пусть даже под видом наступления.

Запад – дело тонкое

Отношения с Западом у Махатхира всегда были сложными. Он публично заявил, что превозносимая США и ЕС глобализация не подходит Малайзии, т.к. чревата ее обнищанием. Д-р Мухаммад никогда не стеснялся идти наперекор МВФ и вводить меры, идущие вразрез с идеалами «свободного рынка». Однако в итоге именно он, сторонник протекционизма и, как бы сказали у нас, державник, сделал свою страну одной из наиболее открытых, глобализированных и демократических в исламском мире.

Для него внешняя политика Запада, которая диктуется его корыстными интересами, и внутренне устройство тех же США и стран Европы – не одно и то же. Восточный политик сумел понять, что Запад – дело тонкое. Надо перенимать для своей страны не то, что он предлагает, а то лучшее, что Запад приберег для себя, но чем не очень хочет делиться с окружающими.

Премьер отличный… от других

Все малазийские премьеры, включая д-ра Мухаммада, были последовательными сторонниками рыночной экономики. «Если капиталистическую систему применять, как следует, - считает Махатхир, - она обеспечивает процветание каждого». «Как следует» - это, значит, допуская государственное вмешательство. Также все малазийские лидеры - поборники плюралистической демократии европейского образца, но с известными «изъятиями» в виде чрезвычайных законов, обеспечивающих первоочередное право коренных над потомками мигрантов.

Единственное отличие д-ра Мухаммада от предшественников – он не аристократ. Махатхир привел в политику новое поколение малазийцев, выходцев из народа.

Да, его мать была представительницей знатного рода Кедаха. Но ее семья никогда не входила в малайскую элиту, сросшуюся с колониальной администрацией. Поэтому 4 премьер независимой Малайзии считается первым главой государства – выходцем из народа.

Человек дела

Преуспел ли премьер? Да, не все, что задумывалось, получилось. Но 55 лет страна живет без межрасовых погромов. Малайзия превратилась в неоиндустриальную региональную державу, рвущуюся в технотронный век. Имя «малазиец» стало звучать гордо.

Махатхир – эффективный менеджер глобального уровня, крепкий хозяйственник, как у нас недавно любили говорить. Такие люди дела сейчас больше всего нужны умме. Не романтики-ораторы и отвлеченные теоретики, а те, кто способен конвертировать наши ресурсы, пассионарность, стихийное интеллектуальное бурление в реальные политические, экономические, научные, технологические, и в итоге в цивилизационные достижения.

Абдулла Ринат Мухаметов



2 комментариев


  1. (25.04.2014 20:56) #
    1

    C некоторыми лидерами некоторым народам везёт.

  2. (25.04.2014 21:49) #
    1

    Спасибо, брат Ринат, за обаятельный образ государственника-мусульманина! Такие люди внушают оптимизм даже в наш турбулентный век.
    Увы, для России такой образ правителя мало подходит: Малайзия - не империя...