Фармацевты заработали на "свином гриппе" 7 млрд евро

Всемирная истерия вокруг так называемого «свиного гриппа», которая благодаря массированной медиа-кампании держала в напряжении большинство государств, позволила фармацевтическим компаниям заработать в общей сложности порядка 7 млрд евро. При этом, как выяснилось позднее, H1N1 был всего лишь безобидным штаммом обычного гриппа. Как и почему этот штамм вызвал мировую гиперреакцию, попыталось разобраться издание Spiegel.

По данным Spiegel, который цитирует nm2000.kz, сейчас только в Германии 10 млн доз ненужных вакцин от некогда «смертельно опасного» вируса «свиного гриппа», который было «невозможно остановить». Власти пытаются продать их Пакистану. Пресс-центр Всемирной организации здравоохранения не работает больше круглые сутки. Эксперты организации тратят свободное время на себя и свое хобби – как главный эксперт ВОЗ по вопросам пандемического гриппа Кейджи Фукуда, который играет после работы на виолончели. Обманутые министерства здравоохранения по всему миру, наконец, начали получать вакцины от свиного гриппа и удивляются отсуствию желающих привиться. «Что же это была за пандемия?» – задается вопросом издание.

Первый случай так называемого «свиного» гриппа был зафиксирован в апреле 2009 года в мексиканской деревне у пятилетнего ребенка, который потерял аппетит, страдал от высокой температуры и болями во всем теле. Жители деревни поспешили обвинить во всем свиней, так как давно были убеждены, что это проклятые животные. Мальчик выздоровел так же внезапно, как и заболел. Однако результаты его медицинских анализов сделали его знаменитым – врачи обнаружили новый вид вируса, а ребенок стал первой его официальной жертвой.

Течение болезни было мягким, как и подавляющее большинство из тех миллионов случаев заболевания, которые будут отмечаться последующие несколько месяцев. Новый вирус мог бы привлечь меньше внимания, если бы не современная медицина, генетический анализ и тесты на антитела. «Свиной грипп» завоевал бы мир, и ни один врач этого бы не заметил.

Однако на этот раз мир заметил вирус – преимущественно из-за высокотехнологичной медицины и индустрии вакцин. «Иногда тебе кажется, что вся промышленность только и ждет пандемии, – говорит врач Том Джефферсон. – И все это потому, что один из вирусов гриппа мутировал».

24 апреля 2009 года специалист Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Кейджи Фукуда позвонил начальнику отдела Центра по контролю над заболеваниями Нэнси Кокс. Потенциальные последствия этого звонка были ясны: могла начаться разрушительная пандемия, в результате которой, по прогнозам ВТО, могло умереть от 2 до 7,4 млн людей – в лучшем случае.

Ситуация же оставалась неясной: сначала сообщалась о нескольких десятках летальных исходов в Мексике, однако потом официальная цифра упала до 7. Эпидемиологи попали в неопределенную ситуацию, когда пришлось отвечать на вопросы: как быстро распространяется вирус? Кто в группе риска? И, главное, насколько опасен новый грипп? Чтобы получить наиболее точные оценки, глава ВОЗ Маргарет Чен созвала экстренный комитет из 15 экспертов разных стран мира.

Значит ли это, что мягкое течение пандемии с самого начала не считалось возможным? В любом случае, попытки принизить риски были нежелательны, а ВОЗ ясно дала понять, что предпочитает основываться на самом пессимистичной сценарии. «Мы предпочитаем переоценивать, а не недооценивать ситуацию», – заявил Фукуда.

Средства массовой информации также внесли свою лепту в разжигание массовой истерии, считает издание. Сам Spiegel, например, напомнил об атипичной пневмонии и посвятил первую полосу новому «мировому вирусу», наполнив статью опасениями по поводу мутации вируса.

Отдельная роль в этой истории принадлежит фармпромышленности: производители вакцин даже начали специальное финансирование ученых. Группу лоббистов возглавлял Альберт Остерхаус из Erasmus Medical Center в Роттердаме, который также стал одним из наиболее влиятельных советников ВОЗ по вакцинам от гриппа.

Далее события разворачивались с калейдоскопической быстротой:

27 апреля 2009 года. ВОЗ подняла уровень пандемической угрозы до 4.

28 апреля 2009 года. Первые семь случаев заболевания предположительно новым вирусом гриппа в Германии.

29 апреля 2009 года. ВОЗ подняла уровень пандемической угрозы до 5. «Гриппозные» исследователи ликовали. «Пандемия для вирусологов – это как солнечное затмение для астрономов», – заявил тогда Маркус Айкман, глава лаборатории в Германии.

30 апреля 2009 года. Египет начал убой всех домашних свиней в стране.

4 мая 2010 года. В Мексике было объявлено, что футбольные матчи пройдут без зрителей. В одной из земель Германии было запрещено приветствовать друг друга поцелуем.

10 июня 2009 года. ВОЗ получил данные о 141 смерти от свиного гриппа.

11 июня в штаб-квартире ВОЗ состоялось экстренное совещание, после которого глава организации объявил, что вирус непредсказуем и его не остановить. Была объявлена пандемия. Однако реальная ситуация на 11 июня мало соответствовала таким мрачным заявлениям. Критики уже начали насмешливо спрашивать у ВОЗ, не будет ли очередная вспышка простуды также объявлена пандемией.

«Фармотрасль не влияет ни на какое-либо наше решение», – заявлял Фукуда. Однако в середине мая, за три недели до объявления пандемии, 30 представителей фармкомпаний встретились с главой ВОЗ Маргарет Чен и генсеком ООН Пан Ги Муном. Официальным поводом было заявлено обсуждение того, как развивающиеся страны будут обеспечиваться новыми вакцинами. Однако на тот момент всю индустрию интересовал лишь один вопрос – когда уровень эпидемиологической угрозы вырастет до 6?

Шестой уровень угрозы был спусковым крючком, тем более, что к тому моменту многие контракты на вакцины были уже подписаны.

14 июля 2009 года. Только в Германии зафиксировано 727 случаев нового гриппа. Ни одной смерти в результате его.

Август 2009 года. Сезон гриппа в Австралии закончился. При отсутствии вакцин к концу сезона умерло 190 человек, что ниже, чем от «обычного» гриппа.

Всю осень 2009 года правительства всех стран обсуждали, какие вакцины закупать, в каком количестве и закупать ли их вообще. Фармацевтические компании не успевали наращивать производство под предстоящие заказы вакцин и прогнозировали бурное развитие отрасли и рекордные прибыли.

В 2009 году фармацевтическая промышленность мира могла заработать на продаже вакцин против вируса A/H1N1 более 7 млрд евро, по подсчетам инвестиционного банка JP Morgan. Однако спрос населения на прививки от свиного гриппа был крайне низок, а «недостаток» летальных исходов начал сводить массовую истерию на нет.

В январе 2010 года ВОЗ попыталась оживить общественный интерес к H1N1. 28 января на собрании экспертов ВОЗ Кейджи Фукуда высказал мнение, что возможна еще одна, третья, волна свиного гриппа, передавал Reuters. Число умерших от этого заболевания составило по всему миру около 14 тысяч человек. Это заявление ВОЗ не смогло подогреть панику, а некоторые страны даже начали отказываться от вакцинации. Так, Швеция попыталась отказаться от заказанных вакцин, так как невостребованными оказались около 7 млн доз из 18 млн, заказанных ранее.

Европа может восхищаться своей стойкостью, иронизирует Spiegel. Около 170 человек погибли от свиного гриппа в Польше. Это гораздо меньше, чем ежегодная смертность от сезонного гриппа.

В итоге, в феврале 2010 года Всемирная организация здравоохранения была вынуждена признать: «Пандемия гриппа H1N1, кажется, является менее опасной, чем другие вспышки гриппа, скажем, в 20 веке», – заявил главный эксперт ВОЗ по вопросам пандемического гриппа Кейджи Фукуда. На всякий случай ВОЗ призвала не терять бдительность и продолжать закупать противовирусные препараты.

На прошлой неделе, главный санитарный врач России Геннадий Онищенко заявил, что российское правительство не зря потратило 4 млрд рублей на создание вакцины против свиного гриппа.

«В принципе, это была организованная природой биологическая атака на здоровье россиян», —сказал он. – Этот грипп не оправдал наши надежды, к счастью. Хотя он и успел распространиться по всему миру, но не приобрел агрессивных качеств, и это хорошо».



0 комментариев