Испытание верой

Мой путь держал курс Нижнекамск-Казань. Я еду к девушке, которую еще не знаю, как зовут, переживаю, как пройдет встреча. Знаю только адрес: проспект Ибрагимова, 75, квартира 61. Немного заблудившись, я нахожу дом, звоню в домофон. Никто не открывает. «Ну вот, - подумала я, - зря приехала. 3 часа пути».

Через какое-то время из форточки 1-го этажа донесся голос: "Сезгэ кем кирэк?" ("Кто вам нужен? - прим. Ансар.Ru). Меня встречает пожилая женщина, и мы проходим в маленькую узенькую кухню. На кухне газовая плита и один двухстворчатый шкаф. Бабушку зовут Роза апа.

– А где дочь ваша? - спрашиваю я.

– Она спит, - тихим голосом отвечает мать. Мать, у которой 36 лет назад родилась Эльвира с родовой травмой. Все тело девушки парализовано, может двигать только головой.
– Она разговаривает, Эльвира у нас умная, образованная, – продолжает Роза апа. До 8 класса к девушке на дом приходили учителя, и таким образом она получала образование.

- На что вы живете? - спрашиваю я.

- На мою пенсию.

- А это единственный ребенок? - На что Роза апа прослезилась и сказала: – да.

Мне стало неловко от заданного вопроса. Ведь всю свою молодость и жизнь она посвятила своей дочери, ухаживая за ней. А 10 лет назад умер муж.

- А родственники есть у вас, кто вам помогает?

Роза апа опять прослезилась.

- Я последний ребенок в семье, все братья и сестры умерли.

- А дети ваших братьев и сестер, то есть двоюродные для Эльвиры?

- Так они все сами пенсионного возраста уже. Так у нас никого нет.

- Скажите, а в чем вы конкретно нуждаетесь? Может, вам какая бытовая техника нужна?
- Нет, ничего не надо.

После этих слов я поняла, что люди настолько смирились с тем, что имеют. Хотя слово «имеют» вообще теряет любой смысл. На кухне нет признаков еды, потолок крошится. Под предлогом, что нужно взять тахарат, захожу в ванную комнату. Сама ножка ванны каким-то чудным образом держится на клею и вот-вот упадет совсем. Возле зеркала перерезанные зубные тюбики, чтобы сэкономить хоть на этом. Стиральной машины нет.

Сфотографировать Эльвиру мне не дали. Эльвира очень стыдится своего положения. Она очень стеснительная. Да и вообще не привыкшая к обществу.

Уходя от них, я вышла в каком-то непонятном мне чувстве. Полушок. Трудно проанализировать увиденное. Хотя я беседовала с хозяйкой около 30 минут, мне показалась, что я «нарушила» их уклад, незаконно вторглась в их жизнь. Мне больно до сих пор.

Уезжая в Нижнекамск, я долго думала, КТО ВИНОВАТ? Роза апа из-за своей излишней скромности и нежелающая обременять других своими проблемами? Или общество, которое не реагировало на них 36 лет!

УММА, ПРОСНИТЕСЬ! Как мы можем есть, пить, тогда как люди находятся на грани выживаемости?! Эльвира - это девушка, которая никогда в жизни уже не познает радость материнства, у нее не будет детей, она не выйдет замуж. Она никогда не ходила по сугробам, по пушистому белому снегу, не каталась на горках, на качелях, как все остальные дети. Эльвира очень хочет попасть в театр имени Камала. Но там нет лифта для инвалидов. Эльвиру надо на машине выводить в общество, только кто этим займется? Нужно общими усилиями сделать ремонт в ванной комнате, иначе Роза апа даже не сможет ее помыть, так как ванна небезопасна!

У Эльвиры нет ничего, но у нее есть одно единственное дорогое чувство - к Аллаху. Она глазами читает намаз, слушает диски, которые ей принес имам Казани Рамиль-хазрат Юнусов, который нам поведал о ней.



1 комментариев


  1. (14.06.2012 00:08) #
    0

    Девушке положены отчисления из закятных средств. Здесь не только к милосердию взывать надо – это элементарное выполнение правил распределения денег, полученных в качестве закята, садака. Забота о таких людях – обязанность уммы.