Бессмысленная и беспощадная

30 лет назад началась ирано-иракская война

Ирано-иракская война 1980–1988 годов по своим масштабам, продолжительности и уровню потерь входит, наряду с корейской и вьетнамской, в тройку крупнейших локальных войн второй половины ХХ века. При этом у нас она остаётся практически неизвестной войной, хотя есть в ней немало интересного.

Например, интересно в ней то, что Ирак, возглавляемый Саддамом Хусейном, был агрессором. Точно так же, как и 10 годами позже против Кувейта. Но если в 1990-м весь мир был против Саддама и поразил его «Бурей в пустыне», то в 1980–1988 годах почти весь мир был почему-то за него (кажется, это называется двойным стандартом). Ирак получал оружие и из соцлагеря (больше всего из СССР, но также из Югославии, Венгрии, ГДР, ЧССР), и от стран НАТО (больше всего от Франции, но и США, Великобритания, ФРГ, Италия в стороне не остались), и от нейтралов (Швеция, Бразилия, ЮАР). А вот жертве агрессии (Ирану) помогали оружием лишь Китай, КНДР, Ливия и Сирия, причём КНР с удовольствием продавала оружие и Ираку тоже. Впрочем, в рамках сделки «Иран — контрас» США поставляли Ирану запчасти для кое-какой техники и даже несколько истребителей F-4 «Фантом», но это очень специфическая история и совсем не тот масштаб.

Причиной войны официально были разногласия по поводу прохождения границы по реке Шатт-эль-Араб. Фактически же это была война за нефть. По крайней мере с иракской стороны. Для Ирана поначалу это было отражением агрессии, а затем тоже война за нефть, а также экспорт исламской революции в шиитском варианте.

Поскольку революция 1979 года и последовавшие за ней репрессии против «прислужников шахского режима», мягко говоря, не лучшим образом сказались на боеспособности ВС Ирана, а Корпус стражей исламской революции (КСИР) был только что создан, в начале войны Ирак, пользовавшийся к тому же преимуществами агрессора, нанёс иранцам ряд крупных поражений. Начав войну 19 сентября 1980 года, уже к ноябрю иракцы заняли более 20 тыс. кв. км территории (в первую очередь на юго-западе Ирана), захватив города Касре-Ширин, Нефтшах, Мехран, Бостан и Хорремшехр. Глубина продвижения составила от 5–10 км на севере до 60 км на юге. Юго-запад Ирана интересовал Хусейна потому, что нефти там было больше всего.

Впрочем, наступательный порыв иракцев довольно быстро иссяк, они решили удовлетвориться достигнутым. Пассивная оборона, однако, ещё никому никогда удачи не приносила. Иран начал переламывать ситуацию. Недостаток техники персы компенсировали превосходством в численности личного состава, отличающегося к тому же крайним фанатизмом.

Через год после начала войны, в сентябре 1981-го, иранцы провели первое успешное наступление, отбросив иракцев от Абадана. Весной 1982-го персы вернули города Шуш и Хорремшехр. В ходе наступления иранцы несли огромные потери, но упрямо шли вперёд. И это подействовало на иракцев. Они сломались. В начале июня 1982 года Ирак отвёл войска к границе, оставив за собой лишь спорные участки, из-за которых якобы война и началась. В Багдаде надеялись, что Иран согласится на ничью. Но в Тегеране справедливо восприняли отступление противника как слабость и решили нести исламскую революцию в шиитском варианте на запад, в арабский мир. Ирак был особенно удобен в этом плане, поскольку больше половины населения этой страны составляли шииты (впрочем, подавляющее их большинство сохранило лояльность Багдаду, национальность оказалась важнее веры).

Страна-парадокс

Главная борьба по-прежнему разворачивалась на южном участке фронта. Здесь, в заболоченной дельте Шатт-эль-Араб, преимущество Ирака в технике в значительной степени нивелировалось, очень сложно было её применять. Зато большое значение приобрело превосходство Ирана в живой силе.

И уже в середине июля 1982 года Иран начал наступление, направленное на захват Басры. За две недели боёв персы были разгромлены, тем не менее на отдельных участках они смогли закрепиться на иракской территории.

Затем иранцы регулярно проводили наступления на различных участках фронта, понемногу вгрызаясь в оборону противника. Настоящий успех пришёл к ним в феврале 1986 года, когда они смогли захватить город Фао на юге Ирака, отрезать таким образом Ирак от моря и перерезать железную дорогу Багдад — Басра. Через год, в январе 1987-го, в ходе очередного наступления персы подошли к Басре на 6 км, но взять город так и не смогли. Бои носили крайне ожесточённый характер. При этом стороны старались максимально ослабить друг друга, нанося удары по тылам. Особенно активно они обменивались авиационными и ракетными ударами по столицам и другим крупнейшим городам в 1985 году, этот период известен как «война городов». За всю войну Иран выпустил по территории Ирака 455 баллистических ракет, Ирак ответил 428 ракетами. Интересно, что обе стороны активно использовали советские ракеты Р-17, больше известные как «Скад».

Хотя большинство иранских наступлений были либо полностью неудачны, либо успехи были очень небольшими, а потери при этом гигантские, персы полностью захватили инициативу, перенеся войну на территорию противника. Создавалось впечатление, что, если так пойдёт дальше, они дожмут Ирак. И в дело вмешались американцы. Предлогом для этого стала танкерная война. Обе воюющие страны стремились лишить врага доходов от нефтяного экспорта, поэтому атаковали иностранные танкеры, идущие во вражеские порты или из них. Ирак в этой войне был гораздо активнее Ирана (283 удара по судам против 168), но Вашингтон почему-то заметил только иранские действия. И начал атаки против иранских кораблей и нефтяных платформ.

Впрочем, несмотря на победные реляции, для иракского лидера мир фактически был равен поражению. Война с Ираном почти полностью разрушила иракскую экономику. Все свои силы и ресурсы страна потратила на бессмысленное противостояние. Её ВВП неуклонно падал. На севере государства особую активность проявляли курдские сепаратисты. Стабильность тоталитарного режима поддерживал лишь карательный аппарат да многомиллиардные кредиты, которые Багдад во время войны щедро получал от многих стран мира: от Южной Америки до ЮАР. Конечно же, были в списке доноров и страны Ближнего Востока, опасавшиеся роста влияния шиитских богословов-фанатиков, свергнувших в 1979 году шаха и возглавивших Иран.

С чего начинается конец

По-настоящему Багдад и Вашингтон «слились в экстазе» весной 1988 года. 17 апреля Ирак начал крупномасштабное наступление на юге. На следующий день по удивительному «совпадению» ВМС США провели крупную операцию в восточной части Персидского залива. Они разрушили несколько иранских нефтяных платформ, потопили иранские фрегат и ракетный катер, повредили другой фрегат. При этом они, безусловно, отвлекли значительные иранские силы, способствуя успеху иракского наступления. Которое закончилось полным триумфом. Иракцы вернули Фао и освободили почти всю территорию на юге страны.

После этого война окончательно утратила смысл. Стороны понесли гигантские людские и материальные потери и были полностью истощены. 20 августа 1988 года война закончилась, ни Багдад, ни Тегеран не добились в ней абсолютно ничего. По сути, проиграли и те и другие.

Но ещё в большей степени иракской кампанией Буша должен быть доволен Тегеран. Ведь именно падение режима Саддама резко усилило влияние иранского фактора в общественно-политической жизни Ирака (до этого персы довольствовались только помощью находившимся в подполье оппозиционным Хусейну группировкам «ВСИРИ» и «Ад-Даава») и также пробило для них брешь в доселе практически недостижимый, за исключением, пожалуй, только Ливана, суннитский мир. Именно после свержения иракского тирана Иран заметно усилил своё проникновение в Палестину, Йемен и Северную Африку и тем самым бросил открытый вызов главному гегемону на Ближнем Востоке — Саудовской Аравии. США, по сути, сами сделали Иран региональной сверхдержавой.

Иракские уроки. Часть 2

Впрочем, с точки зрения сегодняшнего дня победил, конечно, Иран. Ведь всего через два года после окончания войны с Ираном Саддам Хусейн, стремясь поправить катастрофическое экономическое положение, в которое попала его страна из-за бессмысленной бойни с персами, напал на Кувейт. За что был лишён власти и повешен. Не сразу, но тем не менее. И это само по себе радикальным образом сместило баланс сил в регионе в сторону Ирана. Чем сильнее били своего бывшего союзника американцы, тем сильнее становился их общий противник. В итоге теперь противовесом нынешнему Ирану может стать только коалиция всех монархий Персидского залива, Египта и Иордании. Если, конечно, на удар по Ирану не решатся сами США и/или Израиль.

Надо также отметить, что ирано-иракская война стала, пожалуй, самым сокрушительным ударом по мифу об исламской солидарности. В ходе неё мусульмане убили больше мусульман, чем все «сионисты» и «крестоносцы», вместе взятые, за весь ХХ век. При этом разделились в поддержке сторон и другие исламские страны. И уж совсем добила миф последовавшая через два года после окончания войны агрессия Ирака против Кувейта, который был вернейшим союзником Саддама Хусейна во время его борьбы с персами.

Наиболее приемлемым вариантом для арабов станет разгром Ирана руками Израиля. В наступившем году этот сценарий становится, похоже, чрезвычайно актуальным. Ахмадинежад будет форсировать ядерную программу, что сделает израильский удар почти неизбежным. Арабские режимы выступят с гневными обличениями в адрес «сионистского образования», в кулуарах громко аплодируя еврейской решительности. А вот США окажутся в исключительно сложном положении.

Перспективы-2010. Ближний и Средний Восток

С чисто военной точки зрения ирано-иракская бойня особого интереса не представляет. Уровень боевой подготовки сторон оказался крайне низким. Особенно это относилось к Ирану, который очень активно применял в ходе войны метод «людских волн» и разминировал минные поля, пуская на них подростков и стариков с пластмассовыми ключами от рая на шее. То есть противника заваливали трупами в самом прямом смысле этого понятия. Боевое мастерство иракцев было ненамного выше, в целом их действия были весьма примитивны.

Тем не менее считать эту войну совсем неинтересной нельзя. Были в ней очень занятные моменты. Например, отличились в боях иракские вертолёты советского производства Ми-24. Так, в первые дни войны в одном из вылетов 8 иракских Ми-24, выпустив 22 ракеты, уничтожили 17 иранских танков без потерь со своей стороны. Один из Ми-24 за первые три месяца войны уничтожил 55 танков. Вообще интересный парадокс: советские конструкторы создавали Ми-24 для уничтожения натовских танков в Европе. В реальности он очень широко применялся в противопартизанских войнах по всему миру (от Чечни до Анголы), а с танками всерьёз воевал только в Месопотамии.

Кроме того, на протяжении всей войны шли воздушные бои между вертолётами, чего в таких масштабах не было больше никогда. Главными противниками Ми-24 в этих боях были иранские машины АН-1 «Кобра» американского производства. Объективно преимущество должно было быть на стороне более лёгких и манёвренных «Кобр». Каким был реальный исход этих боёв — сказать сложно. Данные о потерях сторон на любой войне очень сильно расходятся, а в данном случае дело усугубляется тем, что воевали между собой два закрытых тоталитарных режима. В общем, иранцы считают, что с суммарным счётом 10:6 победили «Кобры», иракцы сообщали, что с тем же счётом выиграли Ми-24. Впрочем, всего Ми-24, по иракским данным, сбили до 50 иранских вертолётов (с учётом транспортных и многоцелевых). Более того, 27 октября 1982 года иракский Ми-24 противотанковой ракетой сбил иранский истребитель американского производства F-4 «Фантом». До сего дня этот случай аналогов не имеет, считается, что такое просто невозможно, ведь вертолёт не предназначен для боёв с самолётами-истребителями. Если, конечно, данный эпизод имел место в действительности, а не является «охотничьим рассказом».

Не слишком много успехов у F-16 и F-18, например, во время «Бури в пустыне» зимой 1991 года. F-18 сбили лишь два иракских МиГ-21 (и больше на счету F-18 до сего дня побед нет), а F-16 — вообще никого. Правда, эти самолёты рассматриваются скорее как ударные, чем как истребители.

Ахтунг: в воздухе плюс-плюс!

Также напоминает «охотничий рассказ» история о том, как иранский пилот Мохаммед Седих на своём F-14 29 октября 1980 года в одном бою сбил четыре МиГ-23, что должно считаться рекордом в истории реактивной авиации.

В целом можно сказать, что, при общем довольно низком уровне боевой подготовки сторон (от рядовых до генералов), война велась с крайним ожесточением, боевая техника, причём достаточно современная, использовалась весьма интенсивно.

По сути, ирано-иракская война стала последней в истории классической войной, «Второй мировой с ракетами». Всего через 2,5 года после её окончания в тех же местах на одном из участников этой войны США отработали войну уже совсем другого типа…

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции



0 комментариев